Церемония была стандартной: обещания вечной любви и верности, поздравления гостей, сплетни и ещё раз сплетни. Всё это мало интересовало Верда. Он старался держаться в тени, но всё равно слышал, как в уголках обсуждали, что невеста — дочь убийцы. Их слова его не задевали. Он слишком хорошо знал многих из этих людей и понимал, что они никогда не примут его в свой круг. Но вот дочь — это другое. С женой Рэнди придётся считаться, а внуки будут полноправными членами этого общества. Верд позаботится, чтобы корпорация процветала, а с головы зятя не упал ни один волосок.
Иннина подняла глаза на отца и улыбнулась, он ответил ей тем же. Сатори беседовал неподалёку, активно жестикулируя и едва не задевая нос своего собеседника. Рэнди, стоя в дальнем углу, разговаривал с двумя мужчинами, их лица были серьёзны, похоже, они спорили о чём-то важном. Верд поискал глазами Элла — тот одиноко торчал у окна, наблюдая за происходящим на улице. Ему, похоже, было безразлично, кто присутствовал сегодня на свадьбе. Скорее всего, он пришёл сюда только из уважения к Рэнди.
— Не нравится этот мальчуган? — Сатори стоял рядом. — Эллиот уже привык к подобному. Люди находят его странным, а они не любят то, чего не могут понять.
— Почему он такой? — Верду действительно было интересно, что не так с этим мальчиком.
— Может, однажды и расскажу, — хитро прищурился учёный. — А сейчас идёмте, дружище, поиграем в донтс (игра, похожая на шахматы). Общение со всеми этими людьми даётся мне с трудом. Их мало интересует наука, зато они с радостью сплетничают обо всём. И знаете? Им это и правда интересно. Кстати, эти добрые люди поведали мне, что вы наёмный убийца, — Сатори с интересом посмотрел на Верда. — Идёмте, идёмте, — и, не дожидаясь ответа, направился к выходу.
Верд, не раздумывая, последовал за ним. Однако, подойдя к двери, не удержался и обернулся. Но мальчика у окна уже не было.
***
Рэнди стоял у стены и с задумчивым видом наблюдал за своей женой. Несколько женщин о чём-то её расспрашивали. Она явно не привыкла к такому пристальному вниманию и чувствовала себя неловко. Ей придётся общаться с этими людьми и улыбаться им, терпеливо выслушивая их болтовню. Рэнди хорошо помнил своё удивление, когда вместо серьёзных переговоров ему рассказывали местные сплетни о людях, которых он даже не знал. Со временем это вошло в привычку и уже не вызывало прежнего раздражения. Но стать таким же он не смог и лишь делал вид, что поддерживает беседу. Иннине тоже придётся пройти через это, хотя он и не хотел, чтобы его жена была такой же болтушкой, как светские дамы.
Решительно подойдя к жене, он, к большому разочарованию собеседниц, увёл её на балкон. Хотелось просто стоять рядом с этой женщиной и любоваться на голографические волны, плескавшиеся внизу. Иннина словно почувствовала его настроение и молча смотрела вдаль. Каждый из них думал о своём.
Гости же, забыв о молодожёнах, весело обсуждали свадьбу, не забывая при этом хорошо поесть и выпить. Почти вся их жизнь состояла из таких вечеринок, поэтому разговор неизбежно сводился к одному: превосходит эта свадьба предыдущие или нет. Рэнди заметил, что Иннина очень устала, но стойко старается не подавать виду. Решив, что люди прекрасно проведут время и без них, он взял жену за руку и, не сказав никому ни слова, вышел на улицу и вызвал кадви корпорации.
Крапт встретил их бетонными коробками домов, пустыми дорогами и искусственным светом, ровно освещающим город. Контраст был слишком сильным, и Рэнди даже пожалел, что покинул столь красивое место. Кадви подлетел достаточно быстро.
— Четвёртый сектор. Корпорация «РеСа», — произнёс Рэнди.
Четвёртый сектор был самым привилегированным маршрутом полёта. На этой высоте передвигались лишь правительственные лица и высокопоставленные военные. У Рэнди был постоянный допуск, и ему это нравилось. Нижние полосы были вечно переполнены, и полёты там занимали больше времени.
В кадви царил полумрак. Иннина невольно прикрыла глаза и незаметно для себя уснула. Рэнди рассматривал лицо жены. Мягкие черты, слегка пухлые губы и маленький носик. Привыкший к ярким красавицам пятого уровня, он едва ли обратил на неё внимание. На таких, как она, нужно было жениться, и именно поэтому Рэнди всегда держался подальше от «хороших» девушек. Улыбнувшись и заметив длинную прядь светлых волос, упавшую на лицо жены, уже протянул руку, чтобы поправить её, но в последний момент остановился, боясь разбудить. Откинувшись назад, он устало положил голову на подушку сиденья. Эта девушка напоминала ему мать. От нее исходило тепло и спокойствие, которых Рэнди всегда не хватало.