— Я знаю три, а на самом деле… — пожала плечами Сайрин. — Это будет катастрофа, если кому-то удастся воспроизвести древний ритуал и объединить в одном теле силу всех пяти домов.
— Это невозможно, — не слишком уверено произнесла Аэрлин. — Пока существует хоть одна Верховная из другого дома, никогда одна ведьма не сможет сделать ничего подобного. А я знаю уже двух Верховных, которые так просто не отдадут силу. К тому же, Тьма неподвластна непосвященным, тебе ли этого не знать. Твой дом всегда стоял в стороне, вас было меньше, но и сила ваша, она… она особенная. Никто из нас не сможет справиться с Тьмой, кроме как ее истинная дочь.
Аэрлин покачала головой. По большому счету ей не было дела до того, что источники в Дарканской империи кто-то осушит. Как водная ведьма, она черпала силу из воды, а Лантар — полуостров, с трех сторон омываемый морем. Так что у Аэрлин не было никакого смысла пользоваться ведьминскими кругами для пополнения сил — здесь, в Империи, она всегда могла пополнить свой запас из любого природного источника. Даже дождь давал ей такую возможность.
— А если принести жертву? — уточнила Сайрин.
Княгиня Лантара судорожно вздохнула, синие глаза ее стали похожи на озера, выражение ужаса застыло на прекрасном лице.
— Но…
— Ритуал для этого не требуется, — усмехнулась Сайрин. — достаточно лишь пролить кровь Верховной.
— Для этого они похитили Лоррелин, — выдохнула несчастная мать. — В ней моя кровь и моя сила. Ее смерть могла бы спровоцировать магический выплеск и тогда… а мы думали это из-за дарканцев. А удар изначально рассчитывался на меня.
— Дарканский император им тоже не угодил, — ехидно заметила Сайрин. — вспомни хотя бы, кем была последняя Верховная из дома Земли. Месть — это то, что двигает каждой из нас, когда больше ничего не остается. Кстати, что за руны на запястье девочки? Я не смогла определить.
— Брачная метка, — тихо сказала Аэрлин, она не видела смысла скрывать от этой ведьмы что-то, пусть та и была темной.
— Да неужто сам император? — удивленно выгнула бровь Верховная из дома Тьмы.
— Кронпринц, — ответила княгиня, и словно погрузилась в себя.
Сайрин выругалась, грязно, смачно, не была бы сейчас бесплотна, так еще бы и сплюнула прямо на пушистый кремовый ковер в покоях княгини Лантара.
— Таршаан верен себе и не упускает и малейшую возможность усилить собственный род, — прошипела Сайрин. — Как это на него похоже. — Она замолчала ненадолго, прищурившись, раздумывая о чем-то, а потом жестко произнесла: — Эту связь нужно разорвать. Я смогу спрятать девочку, но эту связь стоит разорвать.
— Я не могу, — простонала Аэрлин. — Не могу.
— Кто накладывал метку?
— Сам император.
Сайрин снова захотелось сплюнуть от ощущения безысходности.
— Удар направлен очень четко, — вынесла вердикт темная. — Дети — вот что всегда ценили дарканцы. Свое потомство, свое продолжение. Уничтожь наследника и род прервется, у него не будет будущего. А в данном случае, кронпринц — единственный наследник императора. Он будущее не только рода, но и всей империи.
— Так поступают те, кто пришел из-за грани, — тихо произнесла Аэрлин. Она принялась расхаживать по ковру взад-вперед, заламывая руки и время от времени запуская тонкие пальцы в уже порядком растрепанную шевелюру. — Как она могла? Как? Ведь он же… он…
— Месть, — снова повторила Сайрин. — Иногда мы не отдаем себе отчета в том, что делаем, движимые слепой ненавистью, яростью. И потом, ведьма действует не одна. С ней как минимум один дарканский лорд и один мораец.
— Морайский маг? — Аэрлин остановилась и посмотрела на полупрозрачную собеседницу.
Та лишь пожала плечами в ответ.
— В силе лорда я уверена, — наконец после недолгого раздумья отозвалась Сайрин. — Он смог разорвать пространство и увести их. А это неподвластно полукровке. На такое способен только тот, в ком течет почти неразбавленная дарканская кровь. Так, что один из них — лорд, причем приближенный к императору. А вот маг тот мораец или нет — понятия не имею, я их не чувствую.
— Надо рассказать все Даэну, — внесла предположение Аэрлин. — Он брат императора, он дарканец, и он может все…
— Не стоит. На данном этапе дарканцам проще уничтожить угрозу, чем пытаться обезвредить ее. Император допустил ошибку, когда связал жизнь своего наследника с твоей дочерью, не обезопасив ее. Впрочем, для него это не впервые. Допускать непоправимые ошибки — удел Таршаана, — при этих словах в голосе Сайрин послышалась грусть, но ведьма быстро взяла себя в руки. — И он уже это понял. Они не станут ее беречь, даже если найдут. Вспомни хотя бы, что произошло с императрицей, когда Таршаан прозрел и все понял.