Сын Талата пробуждается от своего сновидения. Стоял амак, и никого вокруг не было. Талами хотел отдохнуть, собраться с силами, освежить свой разум. Но теперь вся голова была забита тем, что ему сейчас привиделось. Эта картина была настолько яркая, что каждую деталь, каждый миг, каждое ощущение он мог с лёгкостью вспомнить и заново пережить это всё. «Неужели саткаров на самом деле так много? Неужели они настолько могущественны? Неужели они могут пользоваться тридекаграммами? И неужели Йор – их создатель?» Последняя мысль особенно сильно его задела. Йор известен как творец эфира, как великий маг, как создатель чудес и чудовищ. Но никогда никто не называл его хозяином саткаров. Йимир не поверил этому, потому что не захотел поверить. Да и кто всерьёз воспримет какой-то там сон? Какое-то там видение, какой-то бред? Йимиру легче было поверить в то, что он одержим каким-то саткаром, который питается яростью. Он может завладевать телом Йимира только тогда, когда тот злится. Но ведь все разы, когда саткар вырывался наружу, Йимир не уходил куда-то, не исчезал, не погружался на дно своей души. В тот миг он оставался собой, видел, чувствовал и осознавал всё, что происходит. Просто тогда сердце и разум разделялись. Никто не заставлял его поступать так или иначе – он хотел этого сам. Значит, это не была одержимость. Ну, или если всё-таки она, то какая-то иная форма. Йимир наотрез отказывался признавать, что он – саткар-владыка, который по каким-то причинам превратился в сенонца и теперь считает себя Йимиром, выходцем из Зентериса, который пожелал пройти испытание и стать талами. Хотя сон очень красноречиво ему об этом сказал. Он – часть семьи пламенных отродий. Он – саткар-владыка. Но нет. Йимир это отвергал. И несмотря на то, что он не хотел думать об этом, все попытки заглушить собственные мысли терпели крах. Пытаясь сосредоточиться на разрабатывании плана прохождения самого сложного испытания, он постоянно отвлекался, и не успел замечать, как снова блуждает по своему сновидению, продолжая рассматривать детали. И так раз за разом. Уж не известно, было ли это продиктовано великим предназначением или же просто оказалось случайностью, но этот сон навёл его на одну очень важную мысль, которая поможет всем шестерым справиться с противниками и пройти это испытание.
Отыскав своих друзей, Йимир принялся рассказывать, нет, не свой сон, чтобы они стали подозревать ещё сильнее чего-то неладное. Он стал говорить им о своей идее, как они могут разделить свои силы так, чтобы работать, как одна команда и всей этой командой пройти это испытание. Он указал на Констабаля и сказал, что финтар хорошо разбирается в защитных приёмах, а потому перед началом испытания он использует метод магического воздействия, который валирдалы прозвали «аркан», чтобы обеспечить защитой всех участников. Констабаль тут же подал идею – произвести ритуал соединения душ, чтобы ощущать друг друга ещё отчётливее, а также иметь возможность воздействовать друг на друга магией без арканов. Это будет надёжнее и быстрее. А ещё расстояние не будет играть никакой роли. Йимир похвалил его за находчивость. В отношении Зарры он сказал, что она – отличный воитель. А ещё родная стихия позволяет разыгрывать различные тактики. Сочетание всего этого делает её опасным противником. Как только враги явят себя, она изольёт на них всех свои огненные и по возможности чары из других сфер, чтобы нанести как можно больше вреда и вывести их из строя. Йимир, как некий средний между Констабалем и Заррой чародей, будет по возможности помогать и первому, и второй. Зактарка подхватила его слова: