- Если оставишь его в покое, то это будет самой большой помощью.
Ответ навула был не так уж и прост, как может показаться. Хоть тон его голоса остался по своему обыкновению спокойным и дружелюбным, однако теперь в искренность такого настроя верилось с трудом. И талами понимал, почему это так – он только что показал мастеру окта, что знает не всё о его магии. А это как-то не присуще посреднику народов четырёх стихий. Как и следовало ожидать, Витавер после этого не долго пробыл в компании кольера и удалился по своим особо важным делам. Но этого времени хватило, чтобы снова заметить признаки того, кто Витавер, подобно Анатиану, всматривается в своего собеседника и что-то выискивает. Частица сопна в глубинах его души также томилось. Йимир ещё немного понаблюдал за жизнью в Октарисе и покинул этот подводный мир.
Прежде чем вернуться в Кольен, он зашёл на болота к Ступу и проведал синего дарга. Тут он впервые увидел его драконье обличие. Невообразимо-огромный, подобно Морану и Хахору, синий ящер лежал, погрузившись в болотную топь. Когда Йимир предстал перед ним, пара оранжевых глаз раскрылась и глянула на гостя. В голове тут же зазвучал его могущественный голос:
- Пришёл проведать меня, новый кольер?
- Да, - отвечал ему Йимир также, передавая свои мысли, - Когда я проходил обучение в окта’урине и гостил у моих подводных братьев и сестёр, я побоялся прийти к тебе, ведь октары говорили, что без приглашения входить на твои болота нельзя. Но теперь, как мне кажется, я имею на это право.
- Ты верно подметил, кольер. Без приглашения ко мне запрещено приходить. И, если честно, твоё присутствие всё равно испытывает моё терпение. Но я готов подавить на определённое время свою неприязнь к обычным формам жизни.
- Спасибо, грозный Ступ. Тогда я с твоего позволения пропущу всяческие любезности и перейду сразу к делу.
- Да, пожалуйста, избавь меня от этого.
- Я прекрасно помню, что ты мне сказал в тот хавор. Тайнами жизни ты будешь делиться лишь с теми, кто отличаются от большинства форм жизни, или теми, кто готов подчиниться тебе. И всё же у меня есть один вопрос о жизни. Я прошу тебя помочь мне понять это.
- Говори. Один вопрос я тебе разрешаю задать.
- Спасибо, дарг жизни. Как ты знаешь, во время испытания умер мой друг Сименторий. За это время я смирился с тем, что больше никогда не увижу его. Однако Витавер сказал, что Сименторий жив. Оказывается, окта умеет возвращать к жизни тех, кто умер. Я хочу попросить тебя проявить ко мне благосклонность. Ступ, дарг жизни, созданный великий Йором, прошу, научи меня возвращать к жизни тех, кто умер.
Грозные глаза дарга немного поглядели на Йимира, а после в них блеснула печаль, а затем последовал ответ:
- Увы, кольер, но дарги лишены такой власти. Мы обладаем лишь знаниями, но не силой. Мы вольны распоряжаться жизнями только лишь своих творений. Но не чужими. А потому уходи. Здесь ты не получишь желаемого.
Йимир готов был поспорить, что почувствовал некую боль дарга, как словно и он потерял кого-то, но это самое бессилие не позволило ему вернуть умершее существо, а, быть может, даже умерших существ обратно к жизни. Кто это мог быть? Какая-то возлюбленная дарга? А, быть может, его народ? Даджурги? Калар-зиры? В общем, дракон сомкнул глаза и больше не обращался к кольеру. А тот собирался стать ветром, чтобы устремиться обратно в Кольен. Но голос дарга жизни послышался вновь:
- Исследуй второй материк. И ты постигнешь великие таинства окта.
После этого Йимир наведался в Финтарис. Однако в отличие от Октариса, Йимир не стал наслаждаться свободным полётом, ведь это было самым быстром средством перемещения на далёкие расстояния, а потому он пользовался им довольно часто. Прогуливаясь пешком по воздуху, он собирал на себе изумлённые взгляды финтаров. Абсолютно все поворачивались в его сторону и рисовали на своих извечно каменных лицах удивление. Йимир не выдержал и подлетел к одним из таких наблюдателей, чтобы спросить, почему они так сильно удивляются ему. И они отвечали, что на нём исполнилось пророчество. Да, так уж получилось, что финтары, в отличие от зентеров и октаров, были начитанными. А потому, когда в Кольене сменился посредник, они тут же сопоставили то, что было сказано, с тем, что произошло, и сделали выводы. Они стали расспрашивать его, знал ли он о том, что это пророчество писалось именно о нём, а ещё их интересовала концовка этого стихотворения. Что за враг возникнет на пороге Сенона? И как получится так, что он уйдёт другом? Но Йимир не мог удовлетворить их любопытства, потому что и сам не знал, что это означает. Но сумел правильно подать эту мысль, чтобы финтары продолжили с уважением относиться к нему: