- Кольер, мне нужно тебе кое-что сказать.
Йимир тут же оторвался от своих бумаг и уставился в непроницаемый лик соглядатая. Во взгляде кольера угадывалось лёгкое изумление. Олия же изображала недоумение. И она задала вопрос, обращённый к Йимиру, но не переставая при этом смотреть на псара:
- А разве у тебя не принято давать слово твоим подчинённым?
Йимир ответил:
- Это не подчинённый. Это же ты… Ты, мой старый друг.
- Именно.
Вот это слово «именно», которое Йимир слышал сотни раз с одной и тоже интонацией, одним и тем же голосом, сейчас было заключительным штрихом в понимании:
- Зандр? Ты жив?
- Всё верно. Этому Констабалю не удалось меня убить.
- Стой, погоди, что? Констабаль хотел тебя убить?
- Именно.
- Я слышал его пересказ тех событий. А теперь мне нужно услышать твою.
- Всё так и будет. Но я предлагаю спустить на второй уровень.
Йимир согласился. И, когда они втроём оказались в этом тёмном просторном помещении, кольер, наконец-то, пожал руку предводителю псаров. А тот поспешил поведать свою историю.
- Лазурная магия – это оружие, пострашнее некромантии с саткарологией. Она порабощает тело и дух, уничтожая разум и душу. Я предполагаю, у неё абсолютная далодичность. Поэтому любой, кто прикоснётся к ней, становится её рабом. И не важно, как адепт или как цель. Она тут же поработит своего носителя и станет постепенно уничтожать его личность. Констабаль заражён этой лазурью. Мои глаза внимательно наблюдают, я стараюсь подмечать любые детали. И много, неисчислимое множество раз я подмечал, как в его глазах сверкают отблески этой лазури. Какое-то время я лишь оставался сторонним наблюдателем. Но, когда решил заговорить с ним об этом, он лишь пытался убедить меня, что мне это показалось. Он пытался скрыть свою истинную сущность от меня при помощи своих добрых дел, при помощи инициативы и при помощи этого покушения. Именно. Покушение – это его рук дело. Быть может, он руководит другими марионетками через эту лазурную силу, а, быть может, он тоже всего лишь марионетка в чьих-то более искусных руках, руках того, кто безотрывно наблюдает и направляет своих слуг к той цели, которая угодна лишь ему. Но Констабаль, конечно же, понял, что я не повёлся на его уловки. И, наверное, боясь, что я сумею как-то разоблачить его, он решается на отчаянный шаг и берёт меня с собой. Что было бы, если бы я отказался? Может, ничего, а, может, он убил бы меня на месте, захватил бы моё тело и мой дух, а после медленно пожрал бы мою душу и мой разум. Но у меня появилась возможность подобраться к нему поближе. И, само собой, я подготовился. Когда мы прибыли на место, которое по его магическим расчётам наводнено предателями, мы погнались за всеми. Чародеи разных мастей принялись удирать с места преступления. Но я бдительности не терял. Не они вовсе были опасностью. Все эти чародеи были только лишь прикрытием. Они не стоили моего внимания. Нет, самый настоящий враг был рядом со мной. И, когда он нанесёт удар, было лишь вопросом времени. Я был уверен, что он следит за мной, что он ожидает подходящего момента, когда я совершу какую-нибудь ошибку или переключу немного больше внимания на что-то постороннее. И я это допустил. Специально. Он же этой возможностью воспользовался и, естественно, напал. Если бы я прибегнул к своим магическим способностям, то непременно бы проиграл ему и погиб, ведь, как ты знаешь, несмотря ни на что, поразила тебя лазурь или же ты как-то отбил её, она всё равно наносит вред. А, так как у меня не слишком много магических сил, ведь я использую только лишь самые необходимые для меня чары, то и лионический веригоз у меня незначительный. Но и Констабаль ничего, кроме лишь своей магии не знает. А потому я с помощью своих не магических приёмов сумел заставить его поверить в то, что ему удалось меня убить, когда как я просто-напросто скрылся от него и вернулся в Кольен спустя какое-то время после того происшествия. Ты, наверное, хочешь спросить, почему я раньше не подошёл к тебе. И я тебе отвечу – потому что было ещё не время. Этот финтар непрост, очень непрост. Он видит намного шире, чем можно подумать, и понимает больше, чем понимаем даже мы. У меня так и не получается уловить методы его мышления. Но в последнее время он как будто бы перестал высматривать. Во всяком случае мне так показалось. И вот именно сегодня, когда у меня появилось больше уверенности в том, что он ничего не узнает, я и решился тебе рассказать всё.
Йимир не мог поверить в это. Констабаль не способен оказаться таким предателем. Он вернул Йимира к жизни в финта’урине, они вместе проходили испытание и помогали друг другу, он силён, но никогда не превозносит свою силу, а даже делится советами, как он стал таким, он занимается делами Сенона и всегда откликается на любые проблемы. И этот сенонец – марионетка лазурной магии? Кольера также посетила иная мысль: а не может ли быть такое, что перед ним не настоящий Зандр, а как раз таки один из тех, кто практикует эту новую магию? Зандр – личность неприметная, и в своё время он так и не раскрыл своё лицо перед Йимиром. Так что даже если сейчас он и пойдёт на крайние меры, чтобы доказать свою истинность, это ничего не даст. Йимиру просто-напросто не с чем будет сравнить. Видя, как долго кольер блуждает в собственных размышлениях, Зандр всё понял и покинул подземелье, сказав, что Йимир правильно делает, что не торопится ему доверять. На его бы месте он поступил бы точно так же.