Нет ничего хуже затянувшегося ожидания. Даже когда грядёт нечто зловещее, хочется, чтобы оно уже быстрее нагрянуло и так же быстро прошло. Но завоеватели так и не вторгались в Сенон. А наплыв беженцев из разных миров никуда не девался. Однако ж теперь все эти события не ослабляли чародея. А наоборот, укрепляли его. Чем ближе становился хавор, когда воинство в красных доспехах переступит порог Сенона, тем спокойнее становился сам Йимир. Ему даже самому нравилось, в какую сторону менялась его личность. А ведь тайна была проста – нужно было всегда помнить, что всё идёт по плану великих, что даже вторжение захватчиков не способно разрушить великое предназначение, в котором Йимир принимает непосредственное участие. Сенонцы, которые приходили к кольеру со своими треволнениями, начали всё чаще повторять мысли из книги о Сеноне. В частности, они боялись, что Сенон не познает Элунею, а погрузится в Атрак. Но Йимир подбирал слова и таким образом утешал не только тех, кто к нему приходил за советом, но и в первую очередь самого себя.
И вот, наступил хавор, когда это произошло, когда врата Атрака открылись в Сеноне. Однако Йимир и большинство сенонцев не поняли, что это было тем самым долгожданным вторжением противников. По всему Сенону раскатился подземный толчок. Он был несильным, однако каким-то особенным. Из-за этого небольшого подземного возмущения не было никакого вреда, однако оно взяло начало откуда-то из центра Зентериса и докатилось до самых северных границ Зактариса и Октариса. Наверняка волна пробежалась и по Финтарису, но воздушные чародеи на то и воздушные, что никакой связи с землёй не имеют, а потому не могут сказать, насколько далеко по их территории распространился этот подземный толчок. Олия по просьбе Йимира тут же взялась за ритуал, чтобы определить природу этого явления, ведь они подумали, будто бы какой-то зентер практикует новые методы создания подземных волнений. Следом за первой волной прокатилась и вторая. Такая же незначительная, не приносящая никаких разрушений, но, подобно эху, длящаяся очень долго. Олия, не отрываясь от своего ритуала, сказала, что магия какая-то странная, не похожая на зенте, хотя воздействует только лишь на землю. Они с Йимиром не оставляли попыток понять, что это такое. И хоть результатов так и не было, они продолжали стараться вникнуть в то, что же это могло быть. Они оба понимали, что это, скорее всего, то самое вторжение. И хоть никак не могли связать подземные толчки с открытием межпространственного портала, всё же эта мысль у них крутилась в голове. Тут же явился Зандр, чтобы поинтересоваться, что бы это могло значить. А следом за ним во дворце Кольена появился и Сименторий. Они пытались обсуждать то, что сейчас произошло, осторожно обходя аргументы, которые могли бы подтвердить пришествие багряного воинства. Однако вскоре явился Кселай. Он сразу понял, как сенонцы восприняли, а, если сказать точнее, хотели воспринять это событие, а потому, совсем не церемонясь, он выпалил:
- Это вторжение багряного воинства. Готовьтесь.
На миг в Кольене восторжествовала тишина. Взоры всех на какое-то время были прикованы к нему. Сейчас происходил самый сложный процесс в жизни каждого существа – принятие истины, которую они слепо отвергали. Йимир спросил:
- А ты уверен?
- Несомненно. Пришествию багряного воинства всегда предшествует два коротких землетрясения и красная вспышка, после чего завоеватели оказываются в новой вселенной. Это они, я точно знаю.