А в сердце леса была поляна, в которой на вид не было ничего примечательного. Разве что кроме лишь одинокого камня, который стоял ровно по середине. Однако глазами чародеев можно было видеть, как все сгустки финта здесь собираются в один водоворот прямиком над этим самым камнем и крутятся над ним. Мы приблизились к нему и стали осматривать. Мой взор не мог подсказать ничего, а попытки заглянуть в будущее, чтобы хотя бы узнать, как долго нам придётся тут пробыть, прежде чем Йимир сделает открытие, ничего не дали. События ветвились и дробились, словно осколки стекла, показывая лишь неразбериху. Такое бывало иногда. С чем это связано, мне понять пока что не получилось. Но в одном из обрывков мне всё-таки удалось углядеть, как Йимир, призвав из глубин своей души саткара, стоит с мечом бога войны. Но я пока что ничего не стал говорить, потому что они были полны энтузиазма и стремления разгадать эту загадку.
Камень был самым обычным. Йимир даже применил зенте, чтобы убедиться в этом. Просто валун стоял на месте пересечения жёлтых потоков эфира. И в попытке понять, что от него требуется тут, он предположил, что нужно с помощью ветра поднять эту каменюку над землёй. Йимир признала, что никогда этого не делал, потому что не видел в этом никакого проку, но был уверен, что в этом действии нет ничего сложного. Он призвал силы ветра и спустя недолгие старания всё-таки заставил монолит воспарить. Тогда все убедились, что ничего в этом поучительного нет. Осторожно уложив этот камень на место, Йимир принялся размышлять, что же ещё можно попробовать сделать с этим местом. Другие участвовали в этом процессе. И даже Катиара подкидывала идеи, которые сумела породить. Но они так размышляли до сгущения сумерек, и тогда кольер спросил, а что я думаю по этому поводу. И мой ответ заставил его встрепенуться. Он посмотрел в лица своих друзей и даже Лэн. Но никто так и не осмелился помочь ему принять это решение. Олия только лишь своим уверенным взором как бы говорила: «Каким бы ни было твоё решение, мы будем разбираться с его последствиями вдвоём» Он вдохнул и, не видя больше иного выхода, сказал, обратившись к нам с Катиарой:
- Только прошу об одном: всё, что вы увидите тут, останется лишь между нами. Ни даруры, ни Санум не должны об этом узнать.
Я лишь мрачно кивнул ему в ответ, когда как Катиара очень заинтересовалась, что же сейчас будет, а потому, сузив свои голубые глаза, она лишь ответила, что это зависит от того, что Йимир ей покажет. Поняв, что принуждать её бесполезно, Йимир тяжко выдохнул и стал взывать к своей саткарской сущности. Теперь глаза бестии полезли на лоб, когда сенонец стал превращаться в саткара. Хоть Йимир в своём истинном обличии выглядел величественно, сейчас он не стал весь целиком воплощаться, а призвал столько сил, сколько необходимо для того, чтобы орудовать Орхом. И вот, после того как саткар был явлен, Йимирон призвал и оружие бога войны. Мощь Прокладывателя смертного пути заполонила всю округу. И можно было впечатлиться этим. Однако никто не обратил внимания на могущественный артефакт. Олия, Сименторий, Зандр и Лэн уже вдоволь насмотрелись на эту мощь, Катиара был увлечена разглядыванием саткара, а я больше не мог испытывать какие-либо впечатления. Йимиру пришлось потратить какое-то время на то, чтобы успокоить сопнара, потому что она породила такое количество вопросов, что в самую пору писать об этом книгу. Тут не было ничего удивительного. Это была её область деятельности. Но, в конце концов, когда Йимир пообещал поговорить с ней позднее, она всё-таки отстала от него и позволила сосредоточиться на том, для чего они, собственно, сюда и пришли, но пристала к другим. Йимир, принявший силу саткара, а также Орх, который покорился ему, сотворили небывалое. Кольеру хватило лишь нескольких мгновений, чтобы увидеть всё. Его сознание было расширено так, как никогда не было. Он сейчас в своём могуществе приближался к Дракалесу. Иными словами, став саткаром и вооружившись артефактом бога войны, он сделался почти что богом. А потому, глядя на эту композицию глазами бога, он познал, для чего здесь и финта, и этот камень. Он сумел увидеть и урок, и метод его решения. Более того, он мог бы прямо здесь и прямо сейчас, проникнув свои взором и разумом в эти два урока, которые содержались тут, познать их и начать применять, как самый настоящий навул-финтар. Но как тогда ему помочь объяснить то же самое Олии, а также Сименторию? Нет, он должен снова стать сенонцем и проходить это испытание вместе с ними. Сейчас, в этом возвышенном обличии, всё казалось таким элементарным и простым. Однако, став обратно сенонцем, он понял, что всё это куда-то ушло. И теперь, глядя на этот камень и на этот водоворот финта, он и видел только лишь камень и финта – никаких перспектив. Но чародей не растерялся. Да, впереди пролегал сложный и долги путь. И, если смотреть на него целиком, то можно испугаться. Однако Йимир знал, как нужно справляться с такими проблемами. Он раздробил её на множество проблем поменьше и стал решать поэтапно.