Достигнув того места, Олия выбила дверь с помощью зенте, после чего они с мужем ворвались внутрь. Высокий сенонец с ярко-красными глазами чистого зактара был облачён в балахон чёрного цвета. Поверх балахона были надеты металлические нагрудник и наплечники, из-под широких рукавов выглядывали металлические перчатки, а из-под подола – сапоги. Все, как и полагается, с изображением огня. Капюшон его был откинут, так что освободители могли разглядеть его тонкое лицо с тонкими губами, узкими глазами и длинным острым носом. Чёрные длинные волосы были собраны с хвост. Сомкнув руки за спиной, пыточный мастер приветствовал гостей лёгким кивком головы. Йимир применил финта и стал читать его мысли, а также воспоминания, чтобы узнать, кто он такой и заслуживает ли милосердия за все свои злодеяния. Тут же его глубокий и достаточно приятный голос зазвучал на всё помещение:
- Сразу чтение мыслей? Что ж, тогда слушайте и читайте одновременно, и вы убедитесь, что я говорю только лишь правду.
Йимир перебил его:
- Нам не нужны твои слова, ведь я ещё не успел как следует углубиться в изучение твоего воспалённого разума, а уже увидел, что он буквально переполнен всевозможной скверной и ничтожностью. Э́тельван, называющие себя герольдом Оргора, ты будешь убит за то, что мучаешь свои жертвы самым изощрённым образом. Вместо того, чтобы направить свои мыслительные способности на что-то стоящее, ты оскверняешь себя мерзостью. Ты будешь убит за то, что фанатично предан божеству, которое требует таких кровавых месс. Ты будешь убит за что, что посягнул на жизнь кольера, отправив своих убийц расправиться со мной, когда я проходил своё испытание. Готовься. Возмездие уже настигло тебя.
Когда Йимир замолчал, Этельван подхватил его слова:
- Прав ли ты в своих высказываниях, досточтимый Йимир, кольер Сенона?
Это всё, что он успел сказать, прежде чем талами напали на него. Они достаточно серьёзно относились к тому, что они слушают, ведь понимали: порой слова имеют бо́льшую силу, чем даже магия. И тот, кто не хочет быть опутан сетями лжи и коварства, должен пресекать эту ложь ещё до того, как она достигнет своей полноты. Ведь чем больше она даст ростки, чем глубже она пустит свои корни, тем сложнее будет её искоренить. Муж и жена поступали мудро, что не дали этому Этельвану раскрыть даже ничтожные частицы того, что он хотел им тут наплести.
По зову предводителя тут же были призваны саткары. Множество ражгаров и несколько раждалодов попытались составить хоть какое-то сопротивление, однако, увидев перед собой Йимирона, они преисполнились трепета перед владыкой Хора. И всё же один из них успел убить пленника. Йимир оборвал существование всех краснокожих одним только пожеланием своей могущественной саткарской воли, изгнав их тлеющие зеражи обратно в пустующий мир саткаров. Талами не заметили на лице Этельвана изумления. Либо он был готов к такому, либо умело владел собой. Но это означало, что он мог полагаться только лишь на себя, так что он начал действовать. В ход пошли различные магические приёмы из области закта. Причём далеко не простецкие, причём достаточно грамотно комбинированные между собой. И, как будто бы этого мало, ещё и концентрированные так, словно предводитель оргоропоклонников готовился к приходу Йимира, заранее кроакзируя просто невообразимо огромные пласты закта. Но ведь этого не было. А иначе бы все чародеи, даже Зандр увидели бы этот кусок эфира и составили противовес, чтобы безопасно развоплотить его или схлопнуть. Но он брал из эфира только лишь обычный объём магической энергии, какой может схватить за один раз самый обычный чародей. Остался лишь единственный вариант – его зерабадор. Во-первых, он наполнен только лишь закта, во-вторых, объём его магической души был невообразимо-велик, в-третьих, он мог хранить там уже концентрированный эфир по технологии Зактарада. Да, осознание этого привело Йимир в лёгкий трепет, что он сражается с сильным сенонцем.