И вот здесь Йимир испытал всю сложность обучение в закта’урине. Знания, которые преподавал Бивол, оказались очень сложными. О них Йимир не читал книг. А потому, как следствие, он не понимал, как начать применять новые приёмы. Все зентеры и зенте-октары уже научились скручивать огненные вихри, а у него это никак не может получиться. Послать силу закта по спирали труда не составляло, но вот образовать спирально скручивающуюся воронку, да и при том поддерживать огненную силу на протяжении всего пути по такой воронке – это уже совсем другое. И, пока Йимир постигал данный приём, Бивол иногда подходил к нему и продолжал насмехаться, называя тяжёлой ношей и никому не нужным балластом. Наверняка он думал, что таким образом взращивает в своих учениках стремление к познанию, что он унижает и оскорбляет их, когда как они в ответ будут сопротивляться этому. Йимир не знал, как это сказывается на других, но лично его это нисколько не настраивало на боевой лад. Даже наоборот, он ощущал, как падает его самооценка, из-за чего и стремление к познанию закта уходило, но никак не прибавлялось.
Когда опустился поздний вечер, Бивол закончил обучение и оставил всех, кто внимал его наставлениям. К Йимиру подошли некоторые из зентеров и стали помогать ему освоить этот самый огненный вихрь. Их спокойные и переполненные сочувствия слова были более эффективны, нежели крики наставника. Ну и, конечно же, они потрудились для того, чтобы доходчиво, буквально шаг за шагом объяснить своему земляку, как образовывать и поддерживать эту огненную воронку. Когда у него это, наконец-то, получилось, он был очень и очень благодарен пятерым зентерам. Но потом нашёл взглядом Симентория, который в одиночку занимался развитием огненных способностей, и спросил, почему никто не помогает ему. Зентеры в глазах Йимира в тот же миг сильно упали, ведь они отвечали, что он вроде как изгой местный, а потому, чтобы зактары вместе с ним не посчитали изгоями также их, они вообще никакого дела не имеют с этим сенонцем. Сын Талата не скрывал своего изумления:
- Я не узнаю вас, братья и сёстры! Мы же зентеры – те, кто готовы приветствовать любого сенонца без исключения! Как же вы можете относиться так к Сименторию?
Они постарались объяснить Йимиру, что, начав путь талами, они быстро поняли, насколько неправильным было их представление о мире, что теперь они видят всё в истинном свете.
- В истинном свете? – не унимался будущий зактар, - Да вы просто оправдываете то, как стремительно меняется ваша сущность, причём в неправильном направлении. Вы видите в Симетории лишь изгоя, однако я вижу в нём целеустремлённого и сильного талами. Посмотрите, как сильно притесняют его зактары. Однако он силён духом и сдерживает весь натиск их насмешек. Он ведь мог бы использовать зенте, финта и особенно болезненный для зактаров окта, но он не делает этого. Он смиренно слушает насмешливые наставления Бивола и пытается внимать тому, что от него требует учитель. Обычно октары путешествуют семьями, но он не стал связывать себя узами брака и ринулся по пути талами в одиночку. А ещё он достаточно юн, что может означать одно из двух: либо он очень смышлён, из-за чего быстро познал три стихии, либо он целеустремлённый и достиг лишь необходимых знаний, чтобы иметь возможность претендовать на звание талами. Так или иначе, этот октар заслужил, чтобы к нему относились с уважением.
Высказав им своё мнение, Йимир подошёл к Сименторию.
- Привет, друг. - сказал Йимир в свойственной ему манере дружелюбия и мягкости. Тот окинул взором высокого уроженца Зентериса и сказал:
- Что, пришёл тоже насмехаться надо мной?
- Нет, конечно. Я, наоборот, хочу сказать, что ты своим примером впечатлил меня. Бивол, надо признать, не самый лучший учитель. Такого очень тяжело уважать и воспринимать всерьёз. Я бы на твоём месте давно уже забросил закта’урин и вернулся к зентерам, в окружение своих возлюбленных братьев и сестёр, отцов и матерей.