А Элвис ничтоже сумняшеся отхлебнул. Наверное, решил поддержать компанию в лице Бакса.
– Слушай-ка, – сказал Максим. – Вот у меня котлы сохранились от прежней жизни. Даже пара – работающие и сломанные. А почему смартфон не оставили, жмоты?
Элвис усмехнулся:
– По кочану! Вам и после гробового входа гаджеты подавай… Совсем распустились! Перебьетесь! Пора отвыкать от ненужных прелестей былой жизни.
– Ого, – сказал Бакс, глядя на двери, выходящие в холл гостиницы. – Кул, бро!
Максим оглянулся.
На пороге стоял мужик. С него ручьями лилась вода, а сам он был весь опутан сетью. В сети, судорожно раскрывая рты, бились живые рыбы.
– Кул! – повторил Бакс. – Это вам не коровы! Эх, рыбки бы пожарить, да у нее тоже не будет ни вкуса, ни запаха…
Между тем мужик, не обращая на троицу внимания, решительно подошел к стойке бара.
– Водка есть?
– Как не быть, ваше благородие? – приветливо ответил дядя Сережа. – Бар и без водки?! Могу предложить «Русский стандарт», «Финляндию», «Смирнофф»…
– Сам ты благородие, урод! – перебил новый клиент. – А попроще не найдется? Я «Пять озер» предпочитаю.
– Найдется. – Дядя Сережа, никак не реагируя на грубость, поставил перед ним стопку и потянулся за бутылкой «Пяти озер».
– Не-не, – мужик помотал головой, и из сети вывалилась на пол очередная кучка рыбешек, – стакан давай нормальный. И до краев лей. А то мне все эти ваши интеллигентские порции, как слону дробина. Привыкли, понимаешь, мельчить… На два пальца… – передразнил он кого-то. – Тьфу, мать вашу в зад коромыслом!
Бармен с готовностью отодвинул в сторону стопку, добыл из-под стойки граненый стакан. Водка с громким бульканьем устремилась в посуду.
Мужик решительно вцепился в граненыш и единым махом отправил содержимое в глотку. Крякнул, недовольно хрюкнул:
– Что за дерьмо ты мне налил? Воду, что ли?
– Как можно? – Дядя Сережа, естественно, ничуть не удивился. – Чистейшие «Пять озер»… Лимончик? Конфетку?
– А-а… Ну да! – Мужик словно что-то вспомнил. – Нет, после первой не закусываю.
Он повернулся спиной к стойке, обвел взглядом бар и нагло уставился на Максима.
Рыбы продолжали биться в сети и в образовавшихся на полу лужах. Мужик подошел к Максиму и хмуро спросил:
– Это ты меня ждешь, что ли?
– Я, – тут же признал Максим. И добавил: – Наверное.
– «Я, наверное», – мрачно усмехнулся рыбак. – Дерьмо ты малахольное! Я думал, тут о-го-го! А ты, – он махнул рукой, – гнида интеллигентская. И что они только вокруг тебя хороводы водят? – Он громко рыгнул и вновь обратил внимание на бармена. Вернулся к стойке. – Налей-ка еще стакан! И конфетку теперь дай!
Дядя Сережа безропотно выполнил команду.
Мужик внимательно проследил, как льется водка, опрокинул в себя еще граненыш, освободил закусь от фантика и аппетитно счавкал.
– И что это за жизнь, я вас спрашиваю! Тоска зеленая! Еще, что ли, порцайку кинуть в организм?
– Бесполезно, – сказал дядя Сережа. – Не поможет и целая бутылка.
– Ну да, знаю уже. – Мужик поморщился. – Не учи ученого! – Он снова шагнул к столу, за которым сидели любители пива, и сказал Максиму: – Пойду я. А ты, хреноголовый, подумай: почему молчит Чебурашка?
Элвис и Бакс переглянулись.
Максим пожал плечами, не зная, что ответить. Было ясно, что любое проявление чувств вызовет новое грубословесное извержение. Хоть брань на вороту и не виснет, но лучше, пожалуй, промолчать…
Рыбак сделал многозначительное и умное лицо, громко цокнул языком, тоже пожал плечами, будто извиняясь за свое поведение, как это умеют делать честные пьяницы, и двинулся к дверям. Потом остановился и разыграл перед немногочисленными зрителями шутливо-жуткую пантомиму: как он вытаскивал из воды тяжеленную сеть, какая крупная попалась в нее рыбина, как он обернулся и какой огромной оказалась погубившая его волна. Завершилась пантомима еще одним многозначительным цоканием и мудро-печальной фразой:
– О как! А ты, мля понтовая, говоришь… Э-э-эх! – И он снова махнул рукой, дав Максиму взять в толк, что интеллигенту никогда не понять простого мужика, на котором и держится весь этот мир.
А потом скрылся за дверью.
Максим некоторое время смотрел, как на полу бара продолжает биться все еще живая рыба.
– Странное дело, – сказал он. – Что-то я не въезжаю, Элвис. Он ведь утонет только завтра, не так ли? Тогда почему же… – Он не договорил.
Гид усмехнулся:
– Да, старик, он утонет именно завтра. Но странно вовсе не это. Странно, что ты до сих пор удивляешься странностям ада. Пора бы уже и привыкнуть… Третьи загадчики порой приходят из будущего. В пределах одного-двух дней это возможно. И, кстати, в таких случаях принято загадывать желание. Иногда оно сбывается. Так что давай торопись, пока он еще недалеко.