Леви раздумывает над предложениями.
– Кто что думает?
– Вечеринка на пляже будет круче, – говорит кто-то из толпы.
– Нет, лучше комната, меньше заморочек с атрибутами, – отвечает Хаким, отстаивая свой вариант.
Между присутствующими игроками разгорается небольшой спор.
– Ада, а ты что думаешь? – Леви обращается к единственной девушке, что в этой группе с самого ее основания.
Ада симпатичная – тот случай, когда можно синхронизировать свое лицо с аватаром, не думая о том, что будешь смотреться хуже. Многие игроки делали ей искренние комплименты, когда видели у ее профиля верификацию. Выразительные серые глаза, пепельные волнистые волосы чуть нижу уровня лопаток, хрупкая комплекция, аккуратные черты лица. В реальности такие редкость, но в «Элизиуме» она терялась среди массы идеальных аватаров, более интересных, таких, которые хочется рассматривать.
Аде было легко принять позицию Леви, что отрицал «создание» нового лица и принятие стандартов игры. В группе хакеров она нравилась многим парням, но мало кто решался сделать первый шаг, из-за того, что в отличие от остальных игроков они были уязвимы и обезоружены. С их настоящими лицами, открытой информацией, с их привычкой собираться по вечерам на крыше в реальном мире, где каждый знает друг о друге все. Но Ада и сама не проявляла ни к кому интереса. Ей не были нужны ни ребята из группы, ни другие игроки с красивыми аватарами. В игру она пришла, потому что ей была близка позиция Леви. Они были давними друзьями, во многом их мнения сходились, общаться было легко. Никто не понимал Леви так, как понимала Ада, и никто не понимал ее так, как Леви. Если над остальными игроками в группе у него преобладало лидерство, то Ада была его ровней. Он не мог указывать ей, лишь советоваться и вместе что-то придумывать. Но говорить все же предпочитал он. Вне игры с Адой было весело, а в игре она была спокойная и отстраненная.
– Решать надо исходя из рейтинга локации. Какая комната чаще находится в топе, ту мы и будем взламывать, – отвечает Ада.
– Да, согласен с ней. И у какой комнаты рейтинг выше? – спрашивает Леви.
– У первой, – отвечает Хаким.
– Значит решено. Мы идем в первую. Вы же понимаете, что весь прикол в том, чтобы взламывать рейтинговые локации и присваивать их для наших приватных вечеринок? Чем больше рейтинговых чатрумов в нашем распоряжении, тем веселее, – довольно улыбается Леви.
Игроки единогласно соглашаются с ним.
– Начинаем уже завтра. Перевернем «Элизиум» с ног на голову!
Все дружно чокаются банками пива и свистят. В чатруме царит атмосфера праздника, словно это небольшая научная лаборатория, в которой группа молодых ученых совершила гениальное открытие, способное изменить мир. Впрочем, эту цель и преследовал сам Леви. Изменить мир.
В реальности Леви и Ада, как и большинство людей их возраста, жили в одних стенах со своими семьями. Обычно это не приносило проблем, особенно когда вся семья стабильно принимает транквилизаторы, как то предписано законом, но когда кто-то один тайно прекращает прием медикаментов, все меняется. Отношения в семье начинают рушиться, словно карточный домик. И это неизбежно.
Когда мать Ады узнала, что та два месяца подряд выкидывала транки, был настоящий скандал.
– Какая же ты все-таки бесхарактерная. Только и можешь, что идти на поводу у других. Я всегда знала, что у тебя нет своей головы на плечах. Хочешь сдохнуть в подворотне, давай, туда тебе и дорога. Неужели нельзя понять, что эти таблетки мы не просто так принимаем? Что без них мы просто опустимся на социальное дно! Отказываешься раз, два, а что потом? Ты превращаешься в биомусор! – кричала ее мать, пытаясь успокоить себя очередной дозой транков.
– Да мне все равно! Зачем ты вообще родила меня в такое время?! Кто внушил вам, что нужно постоянно закидываться транками? Кто сказал, что это правильно? Какие у них доказательства, что это нужно и без этого никак? – визжала Ада.
Без поддержки транков ее реакция была еще более эмоциональной.
– На себя посмотри! Это и есть доказательство, что без них никак нельзя! Глянь на себя! Я тебя ненавижу. Мне стыдно за то, что у меня такая дочь. Это позор. У всех дети как дети, никогда не доставляют проблем, живут как нормальные люди по правилам, на них приятно посмотреть, а ты не можешь без того, чтобы не влезть в какое-нибудь дерьмо, тебя туда так и тянет! – Из-за транков тон матери становился более спокойным, но слова, произнесенные ею, говорили об обратном. Просто физически кричать еще громче было сложно.
Ада не выдерживала и уходила в свою комнату, чтобы не слушать дальше. При отказе от транков следовало избегать подобных разговоров, это было слишком энергозатратно.