— Ого. Далековато от Алессиона. Что я пропустила?
Гида вздохнула.
— Многое… Но сперва поешьте, а потом я отведу вас к Хранителю Огаро. Он будет ужасно рад вас видеть.
«Ужасно, не то слово», — усмехнулась странница про себя.
Помешивая ложкой горячее варево, она так и не решилась его попробовать. Как бы голодна она ни была, даже думать о еде сейчас было невыносимо.
Одна только мысль неотступно терзала смятённый разум, отдавалась болезненной пульсацией в висках.
— Гида, а ты случайно не…
— Гида Сумарлиди. Я… её племянница.
Ложка со звоном упала на пол.
И Эмбер чуть не последовала за ней — если бы не проворные руки собеседницы.
— Так, я всё-таки отведу вас назад, — настояла та, и странница не сопротивлялась.
Покорно и безвольно она плелась по коридору, опираясь на спутницу, и бормотала что-то о Свете и о том, как сильно она сожалеет.
— Всё хорошо, — с прежней участливостью ответила Гида, — Шила была бы рада видеть вас здесь, среди нас. Я знаю, что её смерть… подтолкнула вас к раскаянию. А значит, она была не напрасной.
От этого всепрощающего сострадания становилось только горше.
Эмбер никогда не чувствовала себя такой жалкой.
Какая-то тёмная досада всколыхнулась в глубине души. Она же Око Бури, в конце концов, — а эти сердобольные святоши превратили её в самое беспомощное существо во Вселенной!
— Пожалуйста, нет! Не надо… Я не хочу! — бессильно бормотала она, из последних сил сражаясь с враждебными мыслями и чувствуя, как липкий мрак холодит внутренности, когда Гида укладывала её на кровать.
— Отдохните немного, — в подступающем беспамятстве сочувственный голос звучал издалека.
Быстрые шаги. Тяжёлая ладонь на лбу — горячая, успокаивающая, унимающая боль.
Приглушённый разговор.
Всё расплывалось, ускользало, лишь обрывки фраз удалось выхватить напоследок:
— …мы его нашли. Уже подходим к месту. Надеюсь, она проснётся, — сказал Кадмар, отнимая руку от её лба.
И добавил, отвечая на неразличимый вопрос Гиды:
— Она носит страшную тьму внутри себя. Но борется с ней — и не сдаётся. Пока это так, мы можем ей доверять.
44
— Ты вовремя, — бросил Огаро, не оборачиваясь, когда странница вошла в командную рубку.
Она чувствовала себя отдохнувшей, но отголоски недавних событий саднили внутри незажившими ранами, и на душе было скверно.
Верховный Хранитель в белом сюрко поверх серебристых доспехов склонился над столом, озабоченно просматривая какие-то отчёты и карты на портативном проекторе.
— Итак, что я пропустила? — спросила Эмбер, присаживаясь рядом.
Она заранее приготовилась к худшему — и не зря.
Когда Кадмар получил её последнее сообщение, баржи «Чарити» и «Просперити» уже покинули Чертог, тем самым нарушив постановление Совета правления Аурорига.
Обвинив миротворцев в нападении на нейтральный Лагдагар, Совет запретил служителям Света отлучаться из обители до выяснения обстоятельств. Разумеется, Верховный Хранитель рвался выяснить всё сам.
Маршрут Эмбер и Тьюди к тому времени был известен каждому жителю просвещённых миров: послание, которое доралих записал в часовне Талиссии, крутили по всем голографическим экранам. По крайней мере, ту часть, где он сообщал о грядущем визите на предполагаемую базу разрушителей.
Синеватое свечение проектора на столе Кадмара служило тому доказательством. Едва заслышав текущие информационные сводки, странница добела стиснула кулаки.
— В погоне за фантомами давно побеждённых врагов они зашли слишком далеко, — осуждающе качали головой ведущие новостей.
— Что это было: жестокая выходка группы экстремистов или начало планомерного религиозного террора? Совет правления Аурорига проводит расследование.
— Если так называемые служители Света станут вершить самосуд над всяким, кто хоть раз в жизни отступал от их суровых догматов, — прилизанный журналист всплеснул руками, — Вселенная просто-напросто опустеет!
Новостные каналы транслировали смонтированное из записей скрытых камер видео: приземление «Квикстарт», перестрелку миротворцев с охранниками в коридоре… а ещё кучу тел в чёрных доспехах и труп Далерхи, благоразумно прикрытый белым полотнищем.
Эмбер до боли закусила губы, чтобы с них не сорвалось нечто неблагозвучное.
Хранитель Огаро отправился на Талиссию, чтобы доказать непричастность Чертога к учинённой бойне. Нужно было разобраться, каким образом Сиггур Додд и его сообщники отследили незадачливую странницу со спутником в этом захолустье и как заполучили послание из часовни. Кадмар был уверен: здесь замешан Совет.