- А что с нами сделают, если поймают? Отправят на перестройку?
- Ну, конечно, нет, - нервно рассмеялся Гил. - Если кто-нибудь спросит, мы скажем, что просто смотрим на яхты.
- Да, - с сомнением протянул Флориэль. - Полагаю, так.
- Тогда пошли, - сказал Гил.
После «Дамерона» шел «Синий Ломоть», потом «Алый Ломоть» - чуть поменьше и пошикарней; а затем огромный «Галлипул Ирванфорт»; потом «Хац Мародер», а затем - «Зубатка Звездогон»; яхта за яхтой, одна чудесней другой. Раз или два мальчики проходили под корпусами, чтобы дотронуться до блестящей поверхности, хранящей память о чудесах космоса, и изучить эмблемы портов захода.
Носовой блок одной из яхт был опущен.
- Смотри! - прошептал Гил. - Чуть-чуть видно главный салон. Разве она не чудо?
Флориэль кивнул:
- Это «Ликсон Трипланж». У них у всех эти тяжелые обтекатели над передними портами. - Он прошел под корпус изучить эмблемы портов захода. - Эта яхта везде побывала. Триптолем… Дженг… Санреаль. Когда-нибудь, когда научусь читать, я смогу узнать их все.
- Да, я тоже хочу научиться читать, - сказал Гил. - Мой отец много чего знает о чтении; он сможет научить меня. - Он уставился на Флориэля, делавшего настойчивые жесты. - Что случилось?
- Гаррион! - прошипел Флориэль, - Прячься за опорой!
Гил проворно шмыгнул вслед за Флориэлем. Они стояли едва дыша. Флориэль прошептал:
- Они ничего не могут нам сделать, даже если поймают нас. Они просто слуги; они не имеют права приказывать нам или преследовать нас, или что-нибудь такое. Во всяком случае, если мы не причиняем вреда.
- Полагаю, так, - согласился Гил. - Все равно давай спрячемся.
- Конечно.
Гаррион прошел мимо. Он был облачен в светлую серо-зеленую ливрею с золотыми розетками и фуражку из серо-зеленой кожи.
Флориэль, гордившийся своей осведомленностью, рискнул высказать предположение относительно патрона данного гарриона:
- Серо-зеленое… Может быть, Верт «Чалуз». Или Герман «Чалуз». Золотую розетку используют «Чалуз-ские» лорды: она означает энергию.
Гил этого не знал, но кивнул, молчаливо соглашаясь с товарищем. Они ждали, пока гаррион не зашел на терминал и исчез из поля зрения. Мальчики осторожно вышли из-за опоры. Оглядевшись по сторонам, они зашагали дальше.
- Смотри! - выдохнул Флориэль. - «Деме» - черно-золотой! Порт открыт!
- Вот отсюда-то и вышел гаррион, - догадался Гил. - Он вернется.
- Не тотчас же. Мы можем подняться по трапу и заглянуть внутрь. Никто никогда не узнает.
Гил поморщился.
- Мне уже делали выговор за нарушение границ владения.
- Это не нарушение! В любом случае, что тут плохого? Если кто-нибудь спросит, что мы делаем, скажем, что просто смотрим.
- На борту наверняка кто-то есть, - с сомнением протянул Гил.
Флориэль думал иначе.
- Тот гаррион, вероятно, что-то чинил или драил. Он отправился за припасами и вернется еще не скоро! Давай по-быстрому заглянем внутрь.
Гил прикинул на глаз расстояние до терминала: добрых пять минут ходьбы. Флориэль потянул его за рукав.
- Пошли, идем, словно мы лордики! Быстренько заглянем внутрь; увидим, как живут лорды!
Гил подумал о Хелфреде Коболе, додумал об отце. В горле у него пересохло. Они с Флориэлем и так уже сделали больше чем следовало… И все же, гаррион на терминале, а какой может быть вред от того, что они заглянут в шлюз? И Гил сказал:
- Если мы только подойдем к двери… Флориэлю теперь вдруг расхотелось; очевидно, он рассчитывал на то, что Гил воспротивится его безумному предложению.
- Думаешь, стоит?
Гил сделал предостерегающий знак и быстро пошел к космяхте. Флориэль последовал за ним.
У подножья трапа они остановились и прислушались. Изнутри не доносилось ни звука. Видна была лишь внутренность шлюза и за ним манящий краешек комнаты - резное дерево, алые бархатные портьеры, стеллаж со стеклянно-металлической утварью: роскошь слишком великолепная, чтобы быть реальной. Мальчики поднялись по трапу, крадучись, словно кошки в незнакомом доме.
За шлюзом и коротким корридором им открылся салон. Стены были обшиты серо-зелеными панелями из дерева Сака и увешаны расшитой тканью, на полу лежал толстый лиловый ковер. В переднем конце салона четыре ступеньки вели на платформу управления. А на корме арочный проем выходил на обзорную палубу под прозрачным куполом.
- Разве она не чудо? - выдохнул Флориэль. - Думаешь, у нас когда-нибудь будет космояхта? Такая же прекрасная как эта?
- Не знаю, - мрачно ответил Гил. - Надеюсь, что да… Когда-нибудь у меня будет яхта… А теперь нам лучше уйти.
- Подумай! - прошептал Флориэль. - Если бы мы знали астронавигацию, то могли бы забрать космояхту прямо сейчас - вверх и прочь из Амброя! Она бы принадлежала нам, только нам одним!
Флориэль вдруг побежал вприпрыжку через салон и поднялся по ступенькам на платформу управления. Гил
- Да брось ты. Ты что, принимаешь меня за дурака? Гил с тоской оглянулся на входной порт.
- Нам лучше уйти!
- Но ты должен подняться сюда, ты и представить не можешь, как это здорово!
- Ничего не трогай! - предупредил его Гил. - А то - беда! - Он сделал пару шагов вперед. - Уходим!
- Как только я… - Флориэль вдруг умолк, уставившись За что-то за спиной Гила.
Тот резко обернулся и увидел стоящую у кормового трапа девочку в костюмчике из розового бархата в мягкой, плоской бескозырке с алыми лентами. Девочка с возмущением переводила взгляд с одного оборвыша на другого. Гил, в свою очередь, завороженно уставился на нее. Наверняка это была та же маленькая леди, на которую указал кукловод в театре марионеток. Очень хорошенькая, подумал он.
Девочка сделала несколько шагов вперед. За ней в салон проследовал гаррион. Флориэль замер, упершись спиной в переборку. И забормотал:
- Мы не хотели ничего плохого; мы хотели только посмотреть…
Девочка смерила его серьезным изучающим взглядом, а затем повернулась к Гилу. С гримасой отвращения она приказала гарриону.
- Всыпь им как следует; вышвырни их! Гаррион схватил Флориэля, тот залопотал и завыл.
Гил мог бы отступить и сбежать, но, сам того не зная почему, предпочел остаться.
Гаррион усердно отшлепал своего пленника. Флориэль орал и корчился. Девочка коротко кивнула.
- Хватит, теперь другого.
Рыдая и задыхаясь, Флориэль пробежал мимо Гила и вниз по трапу. Гил не сделал и шагу назад. Руки у гарриона оказались холодноватыми и грубыми; от их прикосновения по нервам Гила пробежал странный холодок. Он едва чувствовал удары, все его внимание сосредоточилось на девочке, которая безмятежно наблюдала за этой экзекуцией. Гил гадал, как такая изящная и хорошенькая девочка может быть такой бесчувственной. Все ли лорды такие жестокие?
Девочка увидела взгляд Гила и нахмурилась.
- Этого бей сильнее, он дерзок!
Гил получил несколько добавочных ударов, а затем его грубо вытолкнули из корабля.
Не говоря ни слова, приятели потащились обратно к терминалу.
Им удалось пробраться мимо турникета, не привлекая внимания. Гил настоял на том, чтобы они отправились домой пешком: порядка четырех миль.
По дороге Флориэль негодовал.
- Ну и гады же эти лорды! Ты видел, девчонка радовалась! Она обращалась с нами, словно с грязью! Словно от нас воняло! А моя мать - троюродная сестра мэра! Когда-нибудь я с ней рассчитаюсь! Слышишь, я твердо решил!
Гил грустно вздохнул.
- Она определенно могла обойтись с нами подобрее. И все же - она также могла обойтись и похуже. Намного хуже.
Флориэль в изумлении взглянул на него.
- А? Что все это значит? Она же приказала отлупить нас! А сама смотрела и улыбалась!
- Она могла бы записать наши фамилии. Что если бы она сдала нас агентам Министерства Соцобеспечения?
Флориэль опустил голову. Мальчики потащились дальше в Бруэбен. Заходящее солнце озаряло их лица янтарным светом.