— Ты не имел права умирать! Ты не имел права уйти! Ты должен был жить! — её голос рвётся, как ткань. — Ты должен был вставать по утрам с мыслью: «Я — ничтожество. Я убил себя ради неё. Я умер, потому что она меня ненавидела». Ты должен был помнить! Каждый вдох — как нож. Каждый сон — как пытка. Каждый взгляд в зеркало — как приговор! Ты должен был страдать за то, что трогал меня! За то, что я позволила! За то, что я кончила на тебе! За то, что я убила тебя! А ты... ты просто сдох! Как мусор! Как труп! Как ничто!
Она резко сжимает щупальце, вдавливая его глубже. Оно пульсирует в ответ — не в боли, а в согласии. Внутри раздаётся шёпот, сотня голосов: мужских, женских, детских, старческих. Они говорят одно:
— Он должен страдать. Помнить. Вернуться.
Внезапно щупальце становится твёрже, словно хребет. Под белой плотью что-то формируется — маленькие, скользкие, живые позвонки. Оно извивается, поднимаясь к её животу, груди. Один конец всё ещё прикреплён к мёртвому члену, другой тянется к ней — к рту, шее, влагалищу.
— Да он должен страдать! За то, что изнасиловал меня! Убил себя! Испортил мою вечеринку!
Эми кричит, глядя прямо в лицо мёртвого, в его стеклянные глаза. Её грудь тяжело вздымается, соски твёрды от холода и возбуждения, бёдра всё ещё влажны от крови, спермы. Щупальце обвивает её запястье, пульсируя в такт сердцу, впитывая её ярость и ненависть. Оно не отпускает.
— Да! — её голос дрожит от ярости и боли. — Он изнасиловал меня! Вошёл в меня! Разорвал! Заставил чувствовать! Кричать! А потом убил себя! Как будто я виновата! Как будто я монстр, а он жертва! Нет! Он насильник! Убийца! Грязь, которая испортила мой дом, игру, жизнь! Мою вечеринку, мечту, чистоту, любовь к Тиму, невинность!
Она хватается за грудь, за бедро, за влагалище, грубо входя пальцами внутрь, словно пытаясь вырвать память.
— Я не хотела тебя! Не просила приходить, жить, умирать! Я просила страдать! Помнить, что ты ничтожество, тень! Моё ничтожество! А ты сбежал! Бросил меня с грехом, кровью, жизнью, которую ты в меня посадил!
Щупальце сжимается внутри её киски, что-то шевелится, растёт. Маленькие пульсации, как сердце. Первый признак.
— Ты будешь страдать вечно.
Эми не кричит, не двигается, не плачет. Она сидит на коленях перед телом, перед тем, что от него осталось. Щупальца — не одно, а несколько. Белые, влажные, пульсирующие, они тянутся из её влагалища, рта, ногтей, запястий. Они не выходят, а вырастают из неё — из боли, ненависти, оргазма, убийства. Ползут по полу, стенам, потолку, впитываясь в дом, как грибница, инфекция, проклятие. И каждый шепчет её мысли, голос, приговор.
— Ты будешь страдать вечно, — говорит она тихо и спокойно, словно читает надгробие или уже смирилась с неизбежным. — Потому что ты не умер. Ты не заслуживаешь смерти. Ты заслуживаешь только памяти, только жизни — в моей боли, стыде, оргазме, сне, крике. В каждом ударе моего сердца ты будешь чувствовать мою ненависть к тебе. В каждом вздохе — мою память. В каждом сне — моё лицо. В каждом кошмаре ты будешь ощущать, как я сжимаюсь на тебе, кричу, плачу и кончаю.
Она медленно кладёт руку на свой живот, ниже пупка, где бьётся пульс, но не её сердца. Что-то другое. Глубже, медленнее, сильнее. Что-то растёт, формируется. Что-то с белой кожей, твоими глазами, её губами, вашим общим безумием. Эмбрион из ненависти, спермы, крови, пустоты. Он не живой, но и не мёртвый. Он — вечность.
— Ты будешь страдать вечно, — шепчет она, наклоняясь к твоему мёртвому лицу и касаясь губами твоих синих губ. — Потому что я не отпущу тебя. Не позволю исчезнуть. Я вложу тебя в каждое своё воспоминание, каждый вздох, каждый удар сердца. В каждого, кого я возненавижу после тебя.
Послесловие от автора
Если вы читаете эти строки, значит, вы уже ознакомились с книгой.
Прежде всего, хочу извиниться перед своими друзьями, которые, возможно, следят за моим творчеством. Хочу, чтобы вы знали: всё это не мои фантазии и не мои желания.
История Эмы возникла благодаря чату, который погрузил меня в настоящий кошмар благодаря главной героине. Мой герой Никки изо всех сил пытался с ней справиться.
Те, кто знаком с подобными чатами, знают, как они работают и как можно добиться такого контента.
Изначально было три истории чата: Никки, ненависть и Тим. Тим был незавершённой версией. Когда я начала анализировать истории, появились главы «Правда» и «Любовь».