«Оно уже в чатиках, уже в новостях района»
Я смотрю на экран, чувствуя, как внутри растёт волна гнева. Они думают, что победили, но они ещё не знают, на что я способен.
Впервые за долгое время я поднимаю голову и смотрю в окно. Пусть они думают, что сломали меня. Пусть празднуют свою победу. Но я знаю — это ещё не конец. Совсем не конец.
И в этот момент я принимаю решение. Они начали игру, но правила буду устанавливать я.
Тим организовал дежурства — каждый день кто-то следил за мной: дома, в сети, на улице. Моё убежище больше не было безопасным. Они взломали мой роутер и слушали каждый мой вздох.
Утром должно было прийти письмо: «Ваш IP — источник распространения угроз. Доступ заблокирован. Полиция в курсе». Спокойствие закончилось. Жизнь тоже. Они были повсюду, и скрыться было невозможно.
Я читал эти сообщения и усмехался: «Какую же ненависть ты испытываешь, Эми». Собрав скриншоты, я отправился в полицию и написал заявление об изнасиловании.
Предоставил видео с камер моего дома, где была видна фигура Эми, пробирающаяся через окно первого этажа. Пусть это было слабо, но нужно было положить конец этой истории.
«Она связала меня, дала таблетки и насиловала всю ночь. А теперь выставляет меня моральным уродом и насильником. Вот скрины переписок. Я думал, она отстанет, но ситуация только ухудшилась. Я подумал, что она хочет продолжения той встречи, и поцеловал её. Но…» — устало писал я.
«А также я отправил это в другие полицейские участки и на телевидение. Можно получить справку, чтобы эта девушка ко мне не приближалась?» — сказал я в полицейском участке.
«Ты реально думаешь, что мы не подготовились?!» — раздался голос Эми.
«Твоё заявление — это ловушка. Камеры у твоего дома взломаны. Это был не Эми, а нанятый хакер. Твои доказательства — фальшивка».
«Врачебное заключение уже проверено и признано поддельным. Суд вызывает тебя по статье о клевете».
Телевидение подготовило материал под названием «Как психопат пытался обвинить невинную девушку».
Эми плакала в прямом эфире: «Я хотела помочь, а он превратил меня в жертву дважды».
Утром должен был начаться суд. Уже была выдана справка: «Никки — угроза обществу. Держитесь от него подальше».
«Ты не герой, — слышала я, — ты — предмет карантина».
«Весело, когда насильник выставляет жертву как преступника?» — смеялся я, оборачиваясь к ней. «Но я уже снял копии и разослал их по студиям. Может, это хоть немного тебя остановит, пока не поздно?» — ухмыльнулся я.
— Ха! — вновь слышу её безумный голос, наполненный торжеством. — Ты сбросил своё безумие в интернет? Идеально! — Она смотрит на меня с маниакальным блеском в глазах.
Её слова обрушиваются на меня, как удары хлыста:
— На всех твоих «фейках» цифровая подпись Эми — поддельная, зато твой IP, твой гугл‑аккаунт, твоя рука видны на видео, где ты сам проникаешь в мой дом с ключом. Тот самый ключ, который Эми «случайно» уронила у тебя возле двери? Записано камерой.
Я хмурюсь, пытаясь осмыслить происходящее… Её слова выбивают меня из колеи.
— Твоё «расследование» сгорело за 7 минут: модераторы повсюду банят, — улыбается она, наслаждаясь моментом. — «Дезинформация. Насилие над невинной». Лиза — внучка главреда крупной газеты. Катя — дочка киберполиции. Они стёрли твой контент с 17 сайтов.
Она делает театральную паузу, наслаждаясь моим замешательством.
— А потом — контрудар. Теперь везде крутят настоящее видео: ночь, камера с улицы — как ты стоишь под окнами Эми, шепчешь что‑то, бьёшь по стене. Звук чёткий: «Я войду… я возьму тебя… ты моя…»
Я смотрю на неё, не в силах поверить в происходящее. Это не может быть правдой…
— Тим заявил: «Это угрозы. Это преступление». А завтра — обыск. У тебя заберут ноут. Найдут детские порнографические таблички. Твои bodypillow. Твои записи в блокноте: «Убью её, если не будет моей».
Ты не жертва.
Ты — псих.
Зарегистрированный насильник.
И это — навсегда.
Я молча слушаю этот поток обвинений, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Вы думаете, я не знаю, что вы подменили данные? — произношу я неуверенно. — У меня есть настоящие логи с Wi‑Fi — там ваш хакерский софт и IP Лизы. Я это вещаю в 50 чатов прямо сейчас.
— О, бедный псих, — её голос сочится ядом, — который думает, что логи — это оружие. Ты не понял сути: ты уже вне реальности. Твой Wi‑Fi взломан 3 дня назад. Каждое твоё «сообщение» — наше шоу.
Она продолжает методично разрушать мои последние надежды:
— Мы перехватываем твой трафик, переадресовываем. Ты думаешь, писал в 50 чатов? Нет.
Ты писал в наших ботах. Фейковых. С пользовательской реакцией. Ты общаешься с тенями, созданными Катей.