Я сжимаю кулаки. Внутри всё дрожит, но я заставляю себя стоять прямо.
— Ты сказал, что тот мальчик умер. А я не верю. Я хочу увидеть его.
— Алина…
— Покажи мне его. Того, кто обещал жениться на мне. Того, кто ждал, когда я сама расскажу про свои синяки. Того, кто плел мне венки из одуванчиков.
Он встаёт.
Резко. Быстро. Я отшатываюсь, но он не подходит. Просто стоит, смотрит на меня сверху вниз.
— Ты не понимаешь, — говорит он глухо. — Ты не знаешь, что я видел. Что со мной делали. Что я делал сам.
— Расскажи.
— Нет.
— Тогда покажи.
— Алина, замолчи.
— Нет.
Он делает шаг ко мне.
Я делаю шаг назад.
И вдруг моя рука нащупывает что-то на тумбочке.
Лампа.
Тяжёлая. Керамическая. С холодным гладким основанием.
— Ты не понимаешь, — повторяет он. — Ты понятия не имеешь, что значит пять лет в аду.
— А ты имеешь? — кричу я. — Ты имеешь понятие, что значит восемнадцать лет в аду с отцом, который бьёт каждый день?
Он замирает.
— Что?
— Ты думал, я просто так врала? Думал, мне доставляло удовольствие? Мне нужно было выбраться. Любой ценой. А он… он заставил меня. Отец.
— Твой отец…
— Мёртв. Да. И я рада. Потому что при жизни он сделал меня той, кто разрушила твою жизнь.
Я сжимаю лампу.
Эмир смотрит на меня. В его глазах — шок. Первый раз за всё время я вижу в нём не ненависть, не злость, не холод. Растерянность.
— Алина…
— Не подходи.
— Я не…
Он делает шаг.
Я бью.
Лампа встречается с его виском с глухим звуком. Тяжёлым. Страшным.
Он оседает.
Медленно, как во сне, валится на пол.
Я стою над ним с лампой в руке, тяжело дыша.
На секунду мне кажется, что я убила его.
Потом вижу, как грудь поднимается и опускается. Жив.
Жив.
Лампа падает из рук на пол.
Я бегу.
Коридор. Гостиная. Прихожая.
Дверь.
Я дёргаю ручку.
Закрыто.
Нет. Нет. Нет.
Я дёргаю снова. Ещё. Ещё.
Пальцы скользят по металлу, не могут ухватиться.
Из коридора доносится стон. Очнулся?
Я в отчаянии оглядываюсь.
Пожарный выход.
Там, в конце коридора, должна быть дверь. В таких домах всегда есть пожарный выход.
Я бегу.
Дверь. Толкаю.
Открыто!
Лестница. Узкая, бетонная, пахнет сыростью и пылью. Вниз. Надо вниз.
Я лечу по ступенькам. Семнадцатый этаж. Шестнадцатый. Пятнадцатый.
Ноги не чувствуют боли. Сердце не чувствует страха. Только одно: бежать. Бежать. Бежать.
Четырнадцатый. Тринадцатый. Двенадцатый.
Где-то наверху — звук. Дверь хлопает. Шаги.
Он идёт за мной.
Я бегу быстрее.
Десятый. Девятый. Восьмой.
Воздух рвёт лёгкие. В боку колет. Я не останавливаюсь.
Седьмой. Шестой. Пятый.
Шаги сзади ближе. Он быстрее. Он сильнее. Он догонит.
Четвёртый. Третий. Второй.
Первый.
Дверь.
Я вылетаю на улицу.
Ночь. Холод. Ветер. Звёзды.
Я бегу через двор, не разбирая дороги. Врезаюсь в кусты. Царапаю руки о ветки. Падаю, встаю, бегу снова.
За спиной — тишина.
Или он не вышел. Или ждёт. Или я просто не слышу за стуком крови в ушах.
Я бегу.
Куда — не знаю.
Просто бегу.
Подальше от этого дома. Подальше от него. Подальше от всего.
Я останавливаюсь только через полчаса.
Лёгкие горят. Ноги подкашиваются. Я падаю на колени где-то в чужом дворе, на холодную траву, и меня выворачивает.
Желчью. Пустотой. Страхом.
Я сижу на траве, трясусь, и смотрю на звёзды.
Я сбежала.
Я правда сбежала.
Глава 9
Меня рвёт в чужих кустах.
Желудок сжимается спазмами, из горла выходит только желчь — горькая, жгучая. Я стою на четвереньках, в его футболке, босиком, на холодной земле, и меня выворачивает наизнанку.
Страх выходит вместе с желчью.
Я вытираю рот тыльной стороной ладони. Рука дрожит. Вся дрожит — крупно, мелко, не остановить.
Надо встать.
Надо идти.
Я поднимаюсь на ноги и чуть не падаю — голова кружится, в ушах шумит. Прислоняюсь спиной к дереву, закрываю глаза, пытаюсь дышать.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Мысли скачут, как бешеные.
Я ударила его. Лампой. По голове. Он упал. Я побежала. Семнадцать этажей. Лестница. Дверь. Улица.
Я сбежала.
Я сбежала.
Я сбежала.
Слово пульсирует в голове, как сердцебиение.
Но куда теперь?
Я открываю глаза и оглядываюсь.
Незнакомый двор. Чужие дома. Чужие машины. Чужой город. Ночь. Холодно. Я босиком. На мне только его чёрная футболка — огромная, до колен. И трусы. Больше ничего.
Документов нет. Денег нет. Телефона нет.
Я никто.
Бездомная. Босая. В мужской футболке. С синяком на лице.