Юбка разноцветным пламенем плясала по ногам, то оголяя, то скрывая их от взоров.
— Ты умеешь танцевать? — послышался тихий смех.
"Да!", — чуть не ляпнула я, — "А еще петь, вышивать, играть на лютне и разбивать ее о головы всяких идиотов!".
Смешно ему, видите ли, нашел циркачку! Не знает, куда себя со скуки деть. А вот знаешь что, а если бы ты женщин лет пятьдесят не видел и тут появляюсь я. Вся такая изящная, соблазнительная, желанная… послушная. Только руку протяни и прикажи… Вот и дыхание у тебя уже перехватило и сердце застучало громко-громко, разгоняя по телу кровь, бросая то в жар то в холод. Пот медленно стекает по виску, и ты уже не знаешь чего больше хочешь, броситься вперед и удовлетворить желание, или продолжать сидеть, наслаждаясь сладким томлением внизу живота.
Легкий шорох от кровати, дуновение сквозняка, и меня сбило с ног "тараном", прижав к столу. Sakee, кажется он определился чего хочет! Еще один толчок и меня буквально распяли на столешнице, сбросив перед этим на пол поднос с едой и кунай. Ктелх навис надомною, не сводя с меня ошалевших глаз, лоб у него и правда, был покрыт испариной.
Опа, я, что опять произвела внушение и практически спровоцировала его на собственное изнасилование. Ну да, я в главном зале воспользовалась ментальной силой, чтоб привлечь внимание Ктелха к себе, а то фаворитка начала около него крутиться, а мне нужно было позарез попасть в его спальню сегодня. Но сейчас-то я ничего не делала, только размышляла…
Демон ухмыльнулся обнажив клыки и медленно отпустил мои запястья. Провел ладонями по рукам, плечам, слегка стиснул грудь (Sake-e-e!), но не задержался, а скользнул по животу и, сжав пальцы на моих бедрах, медленно потянул юбку вверх.
Бабуля дорогая, кинжал! У меня же кинжал под юбкой! Если он увидит… Я схватила его за руки и попыталась оттолкнуть.
— Не бойся, — истолковал он по-своему мои потуги отодвинуть от себя "гору", — Тебе будет хорошо.
"Так, все, отпусти меня! Фу! Фу, говорю!", — чтоб ему внушить-то, — "Тебе срочно нужно проверить войска!.. Наточить меч!.. Спрятать секретные документы! У тебя молоко убежало!!!". Ктелх вдруг замер и отодвинулся, лицо отрешенное, взгляд полон недоумения.
— Хочешь молока? — спросил он вдруг, я чуть со стола не сползла. — Сейчас принесу.
После чего скатился с меня и, поправив ремень на брюках, пошел из комнаты.
— Даже не знаю плакать или смеяться, — прошептала я, — Илька, тебя променяли на стакан молока!
— Ты говоришь! — послышалось зловещее шипение, я подпрыгнула на столе и оглянулась.
Около ширмы стояла фаворитка Ктелха, а за ее спиной была открыта потайная дверь. Значит, сквозняк мне не показался.
— Говорю, — не стала запираться я, — и думаю.
— Это ненадолго! — она медленно извлекла из складок юбки кинжал, видать ни одна я приспособилась так носить оружие.
— Уходи и дай уйти мне, — решила я ее образумить. — Твой арр'раш останется при тебе, я возьму лишь это, — я медленно наклонилась и подняла с пола кунай.
— Так ты шпионка?! — засветилась она вся от радости.
— Скорее вестница. Дашь выйти?
— Нет, ты останешься здесь, — подняла она кинжал, целясь в меня, — и когда он вернется, то увидит, насколько я полезна и необходима ему. Что только я достойна быть рядом с ним!
— Дура! — цыкнула я сквозь зубы. — Ты думаешь, я такая же, как и те наложницы, которых ты застращала и лупишь втайне от Ктелха. Ты ошиблась!
Она метнулась ко мне, и я пнула ей под ноги стул. Фаворитка перелетела через него кувырком, выпустив из рук кинжал. Я медленно начала приближаться, и та, сделав правильные выводы, метнулась к входной двери.
— Стра… — я прыжком преодолела расстояние, разделявшее нас и, схватив ее сзади за голову, с силой приложила лбом об косяк. Она действительно была человеком, и этого ней хватило, чтоб оглушенной растелиться на полу. Ничего, она это заслужила, если вспомнить в каком страхе она держала местных девушек.
Я прислушалась, за дверью была тишина, может охрана отправилась сопровождать своего возжелавшего молока хозяина. Как удачно, что мне не придется этого проверять и можно уйти через тайный ход.
Я вставила фаворитке кляп из салфетки и связала руки ее же лифом. А когда стягивала его, то заметила крупную подвеску, вдетую в пупок. Зачем носить такой большой камень, живот же, наверно, больно. Я пригляделась к странному украшению повнимательней: к серебряному диску был прикреплен не известный мне камень. Кристалл округлой формы, довольно увесистый для серег, темно-фиолетового цвета. Странно не драгоценный камень, не алмаз или сапфир, фаворитка могла себе позволить и получше… Иля, стоп!