Оливорм повернулся к пресс-атташе, а тот продолжил свою мысль:
- Все это вполне удовлетворит деревенщин там, в Секторе, но как насчет старика Флита и его ребят? Сейчас они преспокойненько заняли то, что, как уверяет меня полковник Хэппифью, называется прочной тактической позицией. Ведь они утверждают, что мы, земляне, осуществляем вторжение на "Новую Гроа"!
- Фантастическая чушь! Нет, какая наглость! - взорвался Оливорм. - Это заставляет меня среагировать сию же секунду и при помощи их же оружия - громких и голословных заявлений! Теперь-то уж ничто не мешает мне объявить, что само присутствие здесь гроасского персонала вовсе не отвечает необходимости иметь на планете свою дипломатическую миссию, а является грубым и открытым вмешательством в дела Земли, попранием земного суверенитета! - Уже тише посол добавил: - Разумеется, я уже предложил послу Флиту вручить мне свои верительные грамоты при первой же возможности.
- О, это правда? Ваше Вели... То есть господин прези... посол! - в волнении воскликнул пресс-атташе. - И что же он вам ответил?
- Не собираюсь утруждать себя повторением хулиганских реплик, - мрачно проговорил Оливорм. - Достаточно будет сказать, что он грубо отвергнул мои мирные предложения.
- Флит - не более чем типичный представитель всех этих пердунов с липкими ладошками. Гроасцы считают, что грубостью им удастся отхватить себе Фрум-93, - сурово проговорил Маньян. - А того не знают, что здешняя почва все равно непригодна для выращивания столь обожаемых ими дынь сорта "хуб"! Слишком мало песчаной земли...
- Давайте не будем все же допускать такой ситуации, когда в результате праведного негодования из наших уст будут срываться подобные, унижающие национальное достоинство противников, эпитеты! Бэн, это я вам говорю! - строго заметил Оливорм. - Да, да! Ведь это от вас приходилось слышать: "Ах, эти мерзкие пятиглазые твари с липкими ладонями!" От вас! От представителя Земного Дипломатического Корпуса! Организации, в основе которой лежит приверженность к демократическим свободам, терпимость! Организации, предназначенной для деятельности, направленной на процветание всех достойных и стремящихся к сотрудничеству рас вне зависимости от их биологического типа, который, согласен, нам может казаться диковинным и даже гротескным!
- Упреки не ко мне, шеф... Я хотел сказать, Ваше Величество... То есть Ваше Превосходительство, - быстро заговорил Маньян. - Что до меня, то я очень внимательно слежу за тем, чтобы эти пресмыкающиеся никогда не догадались о том, что я думаю о них на самом деле.
- Нет, Бэн, это невыносимо! - произнес Оливорм, используя тон Напускной Строгости Добродушного Человека, позаимствовав его из специального кодекса дипломатического этикета, где тот значился под номером 321-к. - Мало того, что вы не утруждаете себя надлежаще обращаться к своему повелите... то есть руководителю, который так великодушно к вам всегда относился! Но вы еще беззастенчиво оголяете перед нами свои ксенофобские взгляды! Взгляды, прямо противопоказанные лицам, профессия которых, к сожалению, в том и заключается, чтобы постоянно общаться с этими отвратите... Я хотел сказать, с этими отличными от нас представителями иноземного Разума. В самом деле, нельзя же так!
- М-да... Все оказалось даже хуже, чем я подозревал, - прошептал первый секретарь посольства Маньян через плечо сидевшему слева от него третьему секретарю Ретифу. - Я боялся, что нас позвали сюда для того, чтобы поведать об очередном тупике, в который забрели переговоры с гроасцами по вопросу о том, к сфере чьих интересов следует относить Фрум-93. Но, судя по выражению лица господина посла - вам-то не надо, конечно, напоминать, что это номер 927-д (Вторая Степень Встревоженности), - совершенно очевидно, что признаки бедствия еще более разрушительны! Настоящая катастрофа за столом переговоров еще, как видно, не наступила, но... Одним словом, готовьтесь, Ретиф, к самому худшему.
- Я уже готов, господин Маньян, - ответил Ретиф, зажигая палочку ароматных курений. - Все важные документы заменены мной в Секторе на фальшивки, а сами замаскированы под обертку для фруктов.
- Что ж, смейтесь, смейтесь, если не можете без этого, - резко проговорил Маньян. - Но мои инстинкты - а вам известно, насколько они натренированы - подсказывают мне, что вот-вот нам сообщат новости, которые похоронным звоном прокатятся по коридорам Штаб-квартиры Сектора. Хотите верьте - хотите не верьте.