- Боюсь, это будет очень трудно сделать, господин посол, - вновь заговорил Ретиф. - Согласно заключенному соглашению, Флит и вся его команда, специализирующаяся на краже планет, обязаны покинуть Фрум-93 через полчаса и направиться к границам своих гроасских владений.
- Все! - Оливорм с ужасной силой треснул себя раскрытой ладонью по лбу, отчего зашаталось на носу его пенсне. - Я погиб!
- Ну почему же? Не совсем, - пробормотал Прайдфол. - Да, переговоры прерваны и сорваны, но... планета-то, похоже, в наших руках!
- Не надо отклоняться от темы! - заорал руководитель Миссии землян. - Я был направлен сюда для того, чтобы довести переговоры до конца! А теперь переговоры стали невозможными, и все из-за вмешательства этого выскочки! - С этими словами он устремил указательный палец правой руки в сторону Ретифа. Произошло это столь резко и неожиданно, что некоторые дипломаты из тех, что сидели на одной стороне стола с Ретифом, непроизвольно откинулись на спинки своих стульев, будто боясь быть задетыми убийственной струей гнева, изливавшейся из кончика пальца господина посла на неугодившего подчиненного.
- Эй, сынок, можно полюбопытствовать старику, черт возьми, чем тебе удалось спровадить с планеты этих пятиглазых зверюшек с липкими ладошками, а? - украдкой проговорил майор Фэйнтледи, бросив косой взгляд во главу стола, опасаясь навлечь на себя вторую волну императорского гнева за то, что как ни в чем не бывало обращается к опальному дипломату.
Пресс-атташе тем временем что-то черкнул себе в блокнотик.
- Ничего не писать! - скомандовал Оливорм пресс-атташе. - Здесь прозвучали некоторые э-э... эпитеты, унижающие национальное и расовое достоинство этих э-э... Одним словом, я не допущу, чтобы информация об этом куда-нибудь просочилась. Ведь заседания веду я и вся ответственность лежит на мне.
- Хорошо, но отчет все равно придется делать, - жалобным голосом пролепетал газетчик, - я заменю нехорошие слова на какие-нибудь другие.
- Самым правильным названием им было бы, пожалуй, такое: "трусливые захватчики чужого добра"! Это всего лишь точное их описание, но даже оно выглядит инородным в нашем прекрасном языке.
- О'кей, так и запишем: "трусливые захватчики чужого добра", так, шеф?
- А почему бы нам не вернуться к вопросу майора? - несмело предложил Маньян. - Как вам, Ретиф, удалось избавить планету от этих трусишек?
- Вот! - с удовлетворением произнес Оливорм. - Наконец-то я услышал образец определения гроасцев! - Он глянул в сторону пресс-атташе и распорядился: - Обязательно занесите эти слова Бэна. Заметьте, джентльмены, у Маньяна хватило-таки такта четко и ясно назвать наших противников, - поступок настоящего дипломата, - не издеваясь над некоторыми их оптическими излишествами и всем известными клейкими особенностями их конечностей.
- Спасибо, сэр, - пробормотал засветившийся от удовольствия Маньян и послал своему шефу благодарственный взгляд, значившийся в кодексе этикета под номером 23-в.
- Что?! - изумился тот. - 23-х?! На меня?! Бэн, вы слишком часто уезжали в командировки и многое позабыли. Позвольте уже напомнить вам, что взгляд 23-х бывает уместен в тех случаях, когда вы желаете поухаживать за девушкой, чтобы она согласилась скоротать с вами веселый вечерок... Здесь же... Особенно в такое тяжелое для нас время... Знаете, Бэн, я многое могу понять, но это, вы уж простите, выглядит как-то гротескно.
- Черт возьми, сэр, я вовсе не имел в виду "х" (Тонкий Сексуальный Намек Лицу Женского Пола). Я воспользовался литерой "в"! Клянусь честью!
- Тогда я вам скажу, Бэн, что 23-в (Ненавязчивый Обмен Взглядами Между Двумя Посвященными В Окружении Несведущих) еще менее подходит к данной ситуации, поскольку разница в чинах между мной и вами слишком велика! - сделал Оливорм Маньяну резкое замечание.
- Все это так, но однако же, почему гроасцы, поначалу предъявлявшие слишком много территориальных претензий, теперь собираются потихоньку убраться? - вмешался в разговор майор фэйнтледи и уставился на Ретифа.
- Они решили, что им даром не нужны земли, кишащие мерзкими пресмыкающимися, - ответил тот. - По крайней мере так объяснил мне суть дела сам Флит.
- Ага! Видите?! - вскричал Оливорм. - В то время как мы, земляне, движимые лучшими побуждениями, тщательно вымарываем в протоколах наших заседаний всякие обидные эпитеты в отношении гроасцев, эти липкие оппортунисты вот как нас жалуют в ответ! Это возмутительно! Я полагаю, что такое поведение наших противников не останется незамеченным в печати! - С этими словами Оливорм устремил исполненный значения взгляд на пресс-атташе (тот в настоящую минуту усердно очинял карандаш о свои верхние передние зубы, которые своим видом напоминали о крупных грызунах).