До кабинета на втором этаже я добралась чудом. Под конец перед глазами плясали жёлто-бурые узоры, а в ушах грохотали водопады. Тем не менее руку фархизца я игнорировала. После его лекции о моей ничтожности я не приняла бы его помощь, даже если бы тонула в тех самых водопадах. Эрен молчал. Когда я села — честнее было бы сказать, рухнула — на диван возле окна, он полез в ящик стола. Как оказалось, за бутылкой и стопками. Наполнив каждую на полпальца, он протянул одну стопку мне:
— Держите.
Я поискала взглядом часы и не нашла.
— Позвольте узнать, который сейчас час?
— Четверть десятого, — незамедлительно ответил он.
— В таком случае, господин Эрен, вынуждена отказаться. У меня нет привычки напиваться с утра.
Он усмехнулся и залпом осушил обе стопки.
— Чувствую, просто не будет. Итак, госпожа Керон, что вы хотите знать?
Осадив рвущееся «всё!», я глубоко вздохнула:
— В первую очередь — что меня ждёт после завершения моей миссии или для чего вы там меня воскресили? Только, ради бога, не надо сказок про щедрое вознаграждение! Вариантов всего два: пуля в лоб или вечная ссылка. Куда-нибудь на границу с Сувéнским ханством или льдами Грио́на.
Эрен поперхнулся. Потянулся к бутылке и сделал глоток прямо из горла.
— Если бы я не создал вас лично, заподозрил бы намеренную блокировку эмоций. Нет, госпожа Керон, вам не грозит ни заключение, ни насильственная смерть. Эмкаэлки, к сожалению, живут не более трёх недель.
— Распадается искусственно созданное тело?
— Не угадали. Оно-то как раз способно прослужить века — теоретически. Практически этому до сих пор нет подтверждения. Через две недели начинает слабеть связь между телом и слепком личности, на двадцатый-двадцать первый день она истончается и рвётся.
— Душа уходит на небеса.
— У эмкаэлки нет души. Это запись, суррогат.
Я подалась вперёд:
— Вы присвоили себе функции бога, господин Эрен? По какому критерию вы судите? Если я отождествляю себя с Хеллин Керон, мыслю, как она, чувствую всё то же, что чувствовала бы она, — почём вам знать, не её ли во мне душа? Кто-нибудь создавал эмкаэлку с живого человека?
— Нет. Это строжайше запрещено.
— Тогда у вас нет оснований утверждать, что я — это ваш чёртов слепок, а не настоящая Хеллин.
— Церковь не признаёт эмкаэлок людьми.
— Церковь, господин Эрен, до семнадцатого века считала магов бесовскими отродьями и живьём закапывала в землю. А в вашем возрасте пора бы уж разделять понятия «Бог» и «церковь». Ладно, я не собираюсь тратить своё короткое существование на богословские диспуты. Вы сказали, у меня улучшенное тело. В чём конкретно это заключается?
Он заметно расслабился:
— Повышенная регенерация, способность видеть в темноте, великолепный слух, тонкий нюх.
— Я ничего этого не чувствую.
— Чтобы способности проявились, нужно время. Сутки или около того. Ещё вы можете неделю обходиться без сна, месяц не есть и не пить.
— Теоретически, — уточнила я. — Копии столько не живут.
— Теоретически, — согласился Эрен. — Вам мало перечисленного? Вы способны без особого ущерба спрыгнуть с крыши двухэтажного дома. Отделаетесь синяками и царапинами, которые пройдут втрое быстрее обычного.
— А если я не хочу прыгать с крыши?
— Не прыгайте. Но вряд ли господин Фолер заказал вас ради эстетического удовольствия. Госпожа Керон была очень красивой женщиной, только за пятьсот тысяч можно без проблем нанять десяток живых красавиц.
Сколько?! Полмиллиона?! Я моргнула. Господи помилуй, три недели моего посмертного существования стоят полмиллиона! И Грегори на это пошёл? Грегори, который удавится за монету?
— Кстати, о моём милейшем начальнике: где он прячется?
— Ждёт нас в гостиной. Господин Фолер неверно представлял себе процесс управления эмкаэлкой. В его голове это выглядело так: он отдаёт команды, вы их добросовестно выполняете. Я предупреждал господина Фолера, что он заблуждается, тем более что, по его же собственным словам, вы и при жизни не были послушным исполнителем. Эмкаэлка несёт отпечаток личности, она во всём копирует оригинал. Чтобы поручить вам какое-либо задание, необходимо прежде объяснить, кто вы и кому принадлежите.
— Узнаю́ Грегори. Переложил на вас грязную работу. У самого, ручаюсь, духу не хватит заявить мне в лицо, что я чья-то вещь. Последний вопрос, господин Эрен. Когда я пришла в себя, то видела господина Велора. Он тоже ждёт в гостиной?