На прошлых выходных мы с Алисией снова ездили в Лиденбург, и это был просто день встреч. Сначала, гуляя по бульварам, мы встретили нашу бывшую соседку Аннабель. Она делала покупки и спешила в шляпную мастерскую. Мама писала недавно, что она вышла замуж за своего усатого ухажера и переехала в столицу, но я не думала, что в таком огромном городе мы с ней увидимся, да еще и так скоро. Тем более странно, что тем же днем мы наткнулись на еще одного знакомого — миста Диксона (ты точно его помнишь, он застукал нас в саду Степлтона вместе со своим другом). Он прогуливался вместе с какой-то дамой с весьма выдающимися.. мм. достоинствами. Я повела себя ужасно и вместо того, чтобы обозначить приветствие легким кивком, невоспитанно фыркнула. Кажется, столица могла бы быть и побольше .
Ну а теперь я перехожу к главной новости. Кажется, я и вправду, маг жизни!
Дело было так. К Алисии пришли гости. Несколько девушек с ее курса и пара ребят. Пока веселая компания сплетничала, угощаясь отваром с печеньем, я решила потренироваться в магии. Сидя за рабочим столом, я пыталась сконцентрировать свою силу сначала в солнечном сплетении (как советовали в моей книжке), потом в ладонях, а, затем передать ее моей главной жертве экспериментов – ростку фасоли в горшке. Так и сидела, держа руки над растением, стараясь не отвлекаться на смех и оживленную болтовню. Вдруг над моим ухом что-то вжжихнуло, чпокнуло, а растение неожиданно выкинуло новый сочный лист.
Я радостно обернулась к ребятам, так хотелось поделиться радостной новостью, и увидела, что они, побледневшие, смотрят на меня, выпучив глаза.
Алисия бросилась расспрашивать, все ли со мной в порядке. Оказалось, одна из гостей, воздушница, показывала своему товарищу какой-то хитрый магический прием. А дальше то ли кто-то толкнул ее под руку, то ли она сама сплоховала и потеряла концентрацию, но вполне себе боевое заклинание соскочило с ее пальцев и понеслось в мою сторону. Слава Источнику, оно прошло рядом, не попав в меня и, должно быть, развеялось (хотя Алисия утверждала, что видела, как оно неслось четко в моем направлении). Воздушница так напугалась, что мы ее целый час все вместе успокаивали. Вот в таких обстоятельствах я открыла в себе дар.
Правда, когда мэтр Далтон снова обследовал мою ауру, он не увидел там ничего нового. Хотя сила моя снова выросла и теперь составляет почти три уровня, сама ось по-прежнему не активна. Но зато теперь я знаю, что у меня дар жизни, хоть он и проявляется так странно.
Жду от тебя новостей. Твоя Эмма
Я растерла уставшие пальцы и сложила письмо для Лиз в заранее подписанный конверт. Если бы было так же просто отложить куда-то свои мысли. Особенно те, которые не можешь пока ни с кем разделить.
Я не написала Лиз причину своего внезапного интереса к истории. А с ней все было очень и очень непросто.
На прошлой неделе после обеда я собиралась на индивидуальный урок с мэтром Далтоном. Времени до занятия оставалось еще довольно много, а кабинет наставника оказался закрыт, и я решила прогуляться по коридорам второго этажа.
Я медленно шла, то глазея в окна (но как назло, ничего интересного там не происходило), то разглядывая портреты в старых золоченых рамах, висящие на стенах. Строгие мужчины и женщины, в основном, уже в возрасте, одетые в тяжелый бархат или плотный атлас темных, коричнево-бордовых тонов. Похоже, это часть портретной галереи семейства, которому принадлежало когда-то это поместье. Я пыталась найти под картинами поясняющие таблички или подписи, но тщетно.
Так я дошла до площадки, куда выходили двери всего двух кабинетов. В простенке между дверями висела еще одна картина – в центре ее стоял с важным видом молодой человек лет двадцати. Слева от него расположились две девушки в бело-розовых платьях с высокими прическами и в кружевных перчатках. А справа – мальчишка, младше меня на пару лет. Широкоплечий, с серьезным взглядом темных глаз и немного насупленными бровями. С непослушными русыми прядями волос, которые он привык отбрасывать назад легким движением головы. Передо мной стоял Лай. Стоял таким, каким я видела его еще в самом начале своих странных снов – и я легко могла представить, как он скачет на своем коне, как лазит с нами по деревьям и как, преклонив колено к земле и призывая свою стихию, готовится дать отпор нашим врагам. И вот он перед моими глазами, смотрит на меня с портрета сквозь толщу времени. И это не сон.