-Также работаю в журнале. – Уклончиво ответила я. У английского виконта тут же зазвонил телефон. Он извинился и удалился.
-В журнале? В каком? – Оживился Диего, пытаясь отнять мой букет.
-Мне надо тебе кое-что сказать. – Я обвила зал взглядом. – Не здесь. Давай, выйдем. – И не став ждать, когда испанец сообразит, направилась к выходу из зала.
-Что случилось? – Я встала за колонной, где нас никто не видел и мы, соответственно, тоже.
-Я хотела просто тихо уйти. Без лишних слов, без выяснения отношений. Но после того, что вчера услышала на парковке…. – Я выдохнула. – Хочешь, расскажу тебе сказку о девочке, что решила отомстить своему мужу за измены, а в итоге вляпалась по самые помидоры?
-Ты о чем? О какой девочке?
-О той, что стоит перед тобой. Я просто мстила Женьке за его выкрутасы. Но появился ты, такой красивый и как мне казалось, интересный, и всё испортил.
-Тебя Элена надоумила мстить за себя?
-Глупый. – Протянула я и закатила глаза. – Какой же ты всё-таки недалёкий. – Я стянула с себя парик, распуская волосы. – Алёна, это я. – Это надо было видеть. Как был ошеломлён мистер Торс, это ни словом сказать, ни пером описать. Полагаю, так смотрят люди, которые видят, по меньшей мере, чудо. Такое, как например, инопланетное нашествие! Но я как-то мало чем похожу на инопланетянина.
-Чего завис? – Спросила я, нервно посмеиваясь. Надев парик обратно, я поправила прическу. – И, кстати, что ты там говорил на счет моей фригидности? – Невинно спросила я, с каким-то извращенным удовольствием наблюдая за тем, как с горячего испанца спадает вся спесь.
-Que diablos? (Какого чёрта?). – Диего уткнулся лицом в раскрытые ладони, будто умываясь.
-Это тебе за Алёну. – Двинула я смачную пощёчину, когда Диего уставился на меня. – Adios! И не ищи меня больше. – Я попрощалась и решила вернуться в зал. Но меня резко хватают за запястье и затягивают обратно.
-Нет, девочка, теперь ты никуда от меня не уйдешь. – Рычит Крисперо. Он в гневе, в холодном, неприступном гневе. Вроде смотрит на меня, но будто в душу заглядывает. Прожигает изнутри, вырывая всю мою уверенность с корнем.
-А это не тебе решать. Твоей Эммы не существует, поэтому закатай губу обратно. – Я старалась говорить твердо, уверенно.
-Ты ошибаешься, bebe, моя Эмма сейчас стоит передо мной. И кто бы ни скрывался за её внешностью, всё, что касается моей девочки, моё. – Диего властно сжимает моё бедро, поднимается наверх, захватывая мою талию в собственнический захват. Это было больно. Я вскрикнула, но рука мистера Торса тут же закрывает мой рот. Грубо.
-Не смей меня трогать. – Рычу я, вырываясь из испанских рук. – Здесь нет ничего твоего.
Диего резко налетел на меня, пришпиливая спиной к стене. У меня из лёгких весь воздух выбило.
-Если ты не будешь моей, я подниму такой скандал! – Выдал испанец сквозь зубы. От его ярости появился иностранный акцент. – Я уничтожу всё, что так дорого тебе. Отниму и твою работу, уж поверь, мне ничего не стоит замолвить словечко Егору Владимировичу и он завтра же вышвырнет тебя из журнала. – Диего плотоядно оскалился. Он приблизился ко мне с целью поцеловать.
Я резко отпрянула и, собрав всю смелость в кулак, выдала:
-Давай! Дерзай! Разрушь мою жизнь! Но даже тогда я никогда не стану твоей. Эммы, в которую ты влюблён, не существует. Это лишь маска! Моя маска. Девушки, которую ты ни во что не ставишь. Я не собираюсь быть с мужчиной, который любит только за внешность. – Я развернулась в пол оборота и добавила: - Спасибо, что показал мне свою истинную сущность. Но запомни, внешняя красота порой сильной отличается от внутренней. Живи настоящим и люби настоящее. – Почему-то в этот момент мне казалось, что все угрозы Диего пусты. Ничего он мне не сделает. Я птица невысокого полёта. У меня может быть, ничего и нет, из материальных ценностей, но гордость и уважение к самой себе я не потеряла.
Вернувшись в зал, я снова наткнулась на Теодора. В буквальном смысле, наткнулась.
-Ох, простите мою невнимательность. – Тео держал в руках бокал с шампанским и снова улыбнулся.
Кажется, и этому нравится Эмма. Эмма, а не я. Почему? В чем моя проблема?
-Извините, я… - Голос от обиды задрожал, и я не договорила.