Теодор отстраняется от меня, но увидев в моих глазах разочарование и сожаление, берёт в свои ладони моё лицо и прислоняется лбом ко лбу.
-Я тебя не отпущу. Больше никогда не отпущу. – И нажимает на кнопку лифта. Тот трогается, а я и слова не в состоянии выговорить. Мне и так хорошо.
Сердце замирает в предвкушении, а душа поёт. Я не чувствовала ничего подобного с тех пор, как вышла замуж. Да и с Женей у меня не было подобного влечения. Я чувствовала лёгкую влюблённость, но это эфемерное чувство быстро сошло на «нет», когда мы расписались. Ещё с полгода Женя вел себя как обычно. Дарил цветочки, водил в рестораны, но у меня очень скоро бабочки в животе сдохли. Я ещё с завидной периодичностью вспоминала мамины слова, что намучаюсь я с ним. Но мучилась я не из-за него, а из-за отсутствия уважения и любви.
И даже сейчас Женька влюбился в девушку, которая на меня нисколько не похожа. Она не я. Не смогла бы я стать Эммой. Не хочу. Это всё иллюзия, его мечты. Я создавала мужскую мечту, совершенно уничтожая себя. Все, кто видел Эмму, видели свои сексуальные мечты с ней.
Диего. Его тут же накрыло от одного её вида. Хотя до этого я сама поцеловала в туалете ресторана. И я совру, если скажу, что ему не понравилось. Я видела этот голодный взгляд! Но кто я такая?! Про меня он мог узнать заранее, а вот Эмма, это загадка, это желанная женщина, лишь взгляд которой пронзает тело словно молния.
Максим. Со мной он обычный мужчина, который совершенно не видит во мне сексуального объекта. И это я не к тому, что он мне нравится. Нет. Я просто сравниваю его поведение со мной и с Эммой. И даже зная, что это один и тот же человек, Макс рядом с этой женщиной теряется, забывает дышать.
И тут на арену выходит Теодор. Мужчина, который однажды подарил мне блаженное чувство страсти и желания. И тогда я была собой! Пускай имя было чужим, но ведь он знал, что я соврала, назвавшись Эммой! Знал! И он хотел знать именно меня. Это подкупает. Тогда я решила, что всё это сон и пусть там, во сне и остаётся.
Вы подумаете, ну разве Женя женился не на Алёне, а не на Эмме. Я уже говорила, это был жест доброй воли со стороны богатого парня. Многие журналы писали о нашей свадьбе. Но разговоры были лишь о том, что мужчина из такой семьи взял в жёны простушку. Обо мне лично и речи не заходило! Это я дура, развесила уши, считала, что выхватила выигрышный билет.
В каком-то тумане находился мой разум, когда мы выходили из лифта. Краем глаза я поняла, что мы спустились на парковку и сейчас, в окружении охраны, рассаживались в тонированные машины.
Когда меня окутал свежий аромат светло-бежевого салона машины, я немного начала приходить в себя. Увидела, что Тео переговаривается с главой охраны, а потом, заметив мой настороженный взгляд, отпускает его.
-Тебя что-то тревожит. – Это не вопрос, это констатация факта.
-Ты обещал всё рассказать. Я слушаю. – Стараясь сосредоточиться на его лице в целом, а не только на губах, я немного отсела.
Теодор, увидев мою заминку и отступление, усмехнулся краем губ. Он сел рядом и, уцепившись за мою талию, подтянул меня к себе.
-Поехали. – Тео дал отмашку водителю и машина тронулась. Мужчина так и продолжал нежно держать меня возле себя.
-Наша первая встречала, как ты успела догадаться, действительно произошла не в том клубе. За три недели до этого ты помогла моему другу.
-Другу? Какому другу? – Я начала судорожно вспоминать, что было со мной до похода в бар.
-Которого ты фактически вытащила с того света. – Теодор вытащил свой смартфон и показал мне одну, очень важную для моей памяти фотографию. – Помнишь его?
На фотографии той был сущий хаос. Но это только так кажется. На деле она была сделана в тот момент, когда я помогала человеку с приступом астмы. У моей мамы точно такая же болезнь и я не понаслышке знаю, что испытывает человек во время удушья. И я по привычке таскала с собой баллончик с ингаляцией. Я часто ездила к родителям, домой, поэтому неизменно в моей сумке лежало лекарство, которым пользовалась моя мама. Его носили все в нашей семье. И я, и папа.
Мама иногда не успевала его доставать, как её настигал приступ. Это могло быть где угодно, в магазине, на работе, в автобусе или театре. Где угодно! Я тогда зареклась носить ингалятор с собой. Даже живя в другом городе, за сотни километров от родителей, я всё равно исправно ношу его с собой. У меня некий бзик. Люди не могут выйти из дома без наушников или телефона, а я чувствую себя голой без лекарства от астмы, хоть сама ею не болею.