Выйдя из ванной, я внимательно осмотрелась. Вроде бы в коридоре никого нет. Но этот запах, свежий, с ноткой мускатного ореха и апельсина, разрезает моё обоняние. Неприятный запах, тяжелый, терпкий, мужской.
Конечно, в квартире не кромешная тьма, силуэты прекрасно видны. Улица была освещена, поэтому и в гостиную проливался хоть какой-то свет. Я сглотнула, делая неуверенные шаги к залу.
«И к чему были все эти меры предосторожности, когда этого человека ничто не останавливало?!»
Услышав какой-то шорох, я замерла. Звук доносился как раз из комнаты Вики. Я остановилась совсем неподалёку, держа в руке вазочку. Если её уронить на голову, можно вырубить противника. Но как-то я не проверяла. Подобные знания у меня взяты лишь из фильмов. Медленно, на носочках, ступала по паркету, стараясь даже не дышать. Я сделала ещё одни шаг, немного заглянула в комнату и увидела мужчину, что склонился над Викой, которая всё ещё спала. Он рассматривал её.
И в какой-то момент понял, что она не та, кого он ищет. Я увидела в его руке небольшой фонарик, он как раз светил им в лицо Старцевой! Собрав всю силу воли и мужество в кулак, тот, что держал вазочку, я тихо и незаметно подошла к мужчине и с издёвкой произнесла:
-Сюрприз, ублюдок! – Обрушила на его голову вазочку. Действовала по наитию – целилась исключительно по макушке.
Мужчина успел обернуться, но ноги его уже не держали. Старцева, услышав звон бьющегося стекла, проснулась. Увидев меня с поднятыми руками и падающего на меня мужчину, Вика закричала.
Соскочив с кровати, она схватила меня за руку и побежала в сторону выхода. Но не успела я добежать, как незнакомец ухватил меня за лодыжку и рванул за неё. Не удержавшись, я полетела на пол.
-Лена! – Завизжала Старцева, оборачиваясь.
-Беги, уходи! – С отдышкой крикнула я. – Беги на улицу, там охрана! Вика, беги!
Не зная, куда деваться, подруга всё же послушалась.
-Я сейчас вернусь! – Услышала я и Вика скрылась в коридоре. О том, что она выбежала из квартиры, меня предупредила сигнализация и звук замка.
«Он был здесь ещё до того, как мы пришли!» - В ужасе подумала я.
Сигнализация сработала на неожиданное открывание двери! Изнутри! Проснулась я от шагов, а не от сработавшей сигнализации, значит, нас ждали.
-Отпусти меня! – Кричала я, начиная пинаться ногами. В этот момент громоздкий мужик уже притянул меня к себе и сел верхом. Полотенце, в которое я была обернута, задралось вверх. Попой ощущала холодное прикосновение деревянного пола.
-Ты мне мешаешь. – Слышу шипящий голос у уха. Тонкий, холодный и острый предмет проходиться у моей шеи.
Где-то у самого основания шеи и лица тонкое лезвие надавливается. Я цепляюсь ногтями в запястье этого урода, с силой, так, что ногти входят в кожу, в мясо. Если мне больно, то и ему будет!
-Сука! – В ответ на это ещё сильнее сдавливаю ногти в кожу. Чувствую, как на моё лицо капает кровь. Попадает прямо на губы. Мощусь от отвращения, но двинуться не могу. В лицо летит звонкая и болезненная пощёчина.
От боли у меня глаза едва не выскакивают из орбит. Голова непроизвольно отклоняется в сторону. Теперь чувствую уже свою кровь во рту и жжение на щеке. Откашливаюсь и сплёвываю сгустки крови на пол.
-Ты меня задолбал, гнида! - Рявкаю я, и с размаху врезаю кулаком по челюсти. Мужик отклоняется назад и отлетает.
-Убью, тварь. – Слышу характерный звук, - мужчин также отхаркивает кровь на пол.
Я в ужасе отползаю к двери, но спиной ощущаю дверной косяк. В момент, когда мужик достаёт пистолет, я крепко жмурюсь. Где-то на краю слышимости, улавливаю чьи-то быстрые шаги. Бег. Кто-то бежит по лестнице. Когда это становится явно слышно, мужик убирает ствол за спину, но оставляется мне последнее послание.
-Исчезни, сука, иначе я тебя закопаю. – И ударяет носком ботинка в живот.
Уже ничего не соображая, я падаю на пол, хрипя. Сознание ещё держится и это больше всего меня раздражает. По телевизору все такие хрупкие, что одного удара хватает, чтобы вырубить жертву. Почему я всё ещё держусь?!
В квартиру влетают два вооруженных мужика в характерной одежде спецназовцев. Я вижу их в дверном проеме. Включается свет, а у меня от него начинают слезиться глаза. Похоже на то, что я плачу. Сквозь пелену слёз, вижу как, печатая шаг, в длинном черном пальто, влетает Теодор, заполняя собой всё пространство. Взгляд у него злой, свирепый, как у хищника, а из носа скоро пар повалит. Он осматривает помещение и натыкается на меня. Только я успеваю закрыть глаза, как англичанин подскакивает в один широкий шаг ко мне и заковывает в объятия.