Выбрать главу

Правда, я не учла, что там, за дверью, стоит человек, который об Эмме даже не подозревает. Вот умора будет, когда вместо Алёны, выйдет совершенно другой человек!

 Я включила сигнализацию и вышла. Охранник, заметив меня, прям таки офигел.

-Вы кто? Как вы здесь оказались? – Едва мне руки не заломил, когда подошёл.

-Спокойно-спокойно, это я, Лена Ковалёва. – Выставив руки в защитном жесте, я чуть не впечаталась в дверь. – Мне в суд надо. Мы же вчера договаривались об этом, помните?

-Елена Николаевна? – Брови мужика-шкафа поползли вверх. Он даже пару раз протёр глаза, не веря тому, что видит.

-Да, это я. – Быстро заперла дверь и пошла к лифту. Более охранник со мной не говорил. Видимо с него и так достаточно.

Ехала я одна, на своей машине. Так мне строго наказал Максим. Позади, конечно же, ехал огромный тонированный джип, который только раздражал. Но когда я всё же доехала до суда, меня и тут ждал сюрприз. И не скажу, что приятный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Возле входа стоял Женя с каким-то мужчиной, возможно, адвокатом. Он смерил мою машину неприязненным взглядом, но увидев, что из неё вышла не практически бывшая жена, а Эмма, у Ковалёва отвисла нижняя челюсть.

Мужчина тут же направился ко мне, всучив какие-то бумажки своему адвокату. Охрана, что двигалась за мной и со мной, тут же активизировалась. Я сделала пас рукой, чтобы близко не подходили.

-Ты что здесь делаешь? – Немного охрипшим голосом спросил Женя, рассматривая то меня, то машину. – Ты приехала вместе с ней? – А моё имя под запретом что ли?! – Женя покосился на мою ласточку и прищурился. – Где она?

-Позже придёт. Не волнуйся, появление Алёны ты точно не пропустишь. – Я немного поправила воротник его светло-голубой рубашки.

-Я всё это время искал тебя. Куда ты исчезла? – С каким-то странным огоньком в глазах произнес Женя.

-Неужели я всё ещё тебя интересую? Не смотря на то, что сейчас буду давать показания против тебя? – Я удивлялась этому человеку. Как свою жену он меня ни во что не ставил. Даже имея неопровержимые доказательства того, что Женя регулярно наставлял мне рога, он всё равно продолжает ненавидеть и призирать Елену Максимову. Я же не виновата, что он не мог удержать свой член в штанах. Но видя Эмму, ту, что может потопить его бизнес и помочь его жене, Женя теряет и гордость и самоуважение.

-Мне совершенно не важно, что ты делаешь. Важно лишь то, что я люблю тебя. И сделаю всё, чтобы ты была со мной.

-А вот в этом я сильно сомневаюсь. – Где-то позади меня послышался жесткий, ледяной голос Теодора. Я развернулась и увидела перед собой виконта. Он как всегда был просто неподражаем. Эта величественная осанка и то, с какой статью он себя подаёт публике, просто сносит с ног.

-Вы кто такой? – Пренебрежительно отозвался Женя, кивая в сторону англичанина.

Теодор посмотрел на меня, и в его глазах не зажглось прежнего озорного огонька, когда смотрел на меня, как на Алёну. Обращаясь ко мне, он спросил:

-Это в последний раз? – Имея в виду мой наряд Эммы. Я понимала его с полуслова.

-Последний. – Горячо ответила я и улыбнулась. Повернувшись к Жене, который буквально прожигал нас взглядом, я ответила: - Это мой мужчина.

-Её будущий муж. – С нажимом исправил Теодор.

-Подожди меня здесь, я не думаю, что заседание надолго. – Снова улыбнулась я и коротко поцеловала его в губы.

Когда мы зашли в зал, там уже был Максим, секретарь, и адвокат Жени. Мы разошлись, каждый по своим местам. Напоследок Женя бросает мне фразу:

-Останься, нам надо поговорить.

-После сегодняшнего, я не думаю, что это будет уместно. – И отправляюсь на скамью свидетелей.

Переглядываюсь с Максимом и Полтавченко подходит ко мне.

-Слышал, ты опять влипла? – Я лишь закатила глаза. Прекрасно понимаю, откуда ноги растут. – Я лишь спрошу, всё ли у тебя хорошо? Помощь не нужна?

-Спасибо. – Выдыхаю я и перевожу взгляд на Макса. Он уже не смотрит на меня с той же нежностью, что раньше. Видимо примирился с мыслью, что Эмма – сказка. А в сказки лучше не верить взрослым людям. – Ты и так помогаешь мне с разводом, без тебя я бы пропала. – Шепчу я так, что Максу приходиться наклонятся ближе.