-Чёрт! – Шикнула я, размазывая слёзы и сопли по лицу. – Не хватало ещё из-за такого придурка в тюрьму сесть! – Когда спало чувство безграничной злобы, я дрожащей рукой прощупала пульс на сонной артерии.
-Фух, живой! – Выдохнула я с облегчением и отползла.
Жжение в сломанной ноге усиливалось. Или это я успокоилась. В общем, боль была практически не выносимая, но как бы тяжело мне не было, я должна была выбраться отсюда. Желательно, живой.
Кое-как я доползла до открытой двери и словно черепаха, поднялась наверх. Ночь. Первое, что я увидела, это темноту за окном. Я поднялась на первый этаж и была просто в диком ужасе от увиденного. Повсюду были развешаны огромные портреты Эммы! На каминной полке отретушированные фотографии Эммы и Жени. Но вместо Эммы изначально на них была я.
-Больной придурок! – Шипела я.
С трудом ковыляя к любому средству связи, я уже почти дошла до стационарного телефона. Склизкими от крови пальцами, я нажимала на кнопки, наобум вспоминая номер Полтавченко.
-Давай! – Меня подгонял страх за собственную жизнь. И только на четвертом гудке телефон ожил.
«Слушаю». – Это был голос Макса.
«Максим!» - Заплакала я. Сердце забилось ещё быстрее.
«Лена? Это правда, ты? Ты где? Лена мы тебя уже неделю ищем, ты где?!»
«Меня похитил Ковалёв! Я у него в загородном доме! Он сломал мне ногу! Макс, помоги!» - Плакала я, и вдруг, почувствовала спиной какое-то движение позади себя.
Резко обернулась, всё ещё держа в руках телефон, и увидела Женю. Всё его лицо было сплошняком изуродовано моими кулаками.
«Лена? Лена подожди, мы уже вызвали к тебе полицию!» - Послышался голос Теодора, и я окончательно расклеилась.
-Не походи ко мне! – Заверещала я, сжимая телефон.
-Я тебе уже сказал, чтобы не смела, бегать от меня. Почему ты не слушаешься?! – В шизофреническом приступе, Женя закричал и снова двинулся на меня.
-Я убью тебя, слышишь! Я всё-таки тебя убью! – В ужасе кричала я, роняя телефон на пол.
Если меня и найдут, то уже в виде трупа.
Далеко со своей сломанной и уже сильно опухшей ногой я не смогла убежать. Доковыляла до кухни и встала за стол, чтобы было хоть какое-то расстояние между мной и этим чокнутым.
Вооружившись ножом, я обходила стол вместе с Женей. По кругу.
-Либо ты меня убьёшь, либо я тебя. Выбирай. – Рыкнула я. Мне бы продержаться. Совсем немного. – Живым отсюда выберется только один.
-Я не собираюсь тебя убивать! Ты нужна мне живой! Я только хочу, чтобы ты наконец-то поняла, что ты принадлежишь только мне. – С болезненной решимостью Женя обрушивает кулак на мраморную столешницу.
-Да сколько можно тебе говорить?! Я свободная женщина и никому не принадлежу! Ты даже не можешь понять, что меня зовут не Эмма, а Лена! Я Лена Максимова!
-Её больше нет, я убил эту суку. – Говорит Женя, будто меня здесь нет.
-Что? – Выдохнула я, пытаясь сглотнуть.
-Что слышала. Посадил её сонную в ту машину, что подарил и скинул с обрыва. Сдохла моя бывшая жёнушка. – И как-то жутко осклабился.
-Да ты совершенно чокнулся. – На одном дыхании выдала я и услышала, как за окном заиграла сигнал полицейских машин.
И тут начался бег не на жизнь, а на смерть.
Как мы с Вами договаривались, Эпилог я оставила на 10 декабря. А сейчас.... переживаем за героев! Как и кто расскроет себя сейчас?! Ваша Аня!)
Глава 21
***
(Тату – Нас не догонят; Агата Кристи – Позови меня небо; Нервы – Вороны; Miserere mei, Deus 1993; Агутин и Пресняков – Аэропорты (тема для Ковалёва))
В кухню, через окно проникали сирены и цветная вертушка на крышах полицейский машин. На фоне также услышала звуки скорой помощи.
-Ковалёв Евгений Эдуардович, выходите из дома с высоко поднятыми руками. Вы окружены! – Уши от громкоговорителя чуть не заложило.
-Я тебя всё равно не отпущу. Так долго шёл к тому, чтобы ты стала моей.
-Значит, уйдём вместе. – Это сумасшествие пора заканчивать. Я кинулась в сторону выхода, едва волоча за собой больную ногу.
Видимо я сильно ударила Женю головой. Он хоть и быстрее меня, но постоянно врезался в дверные косяки и сносил собой стулья или столик в гостиной.