Он с силой тряхнул головой, словно отгоняя дурные мысли, и продолжил:
— С иной стороны Ха́йлендэф огражден величественной грядой гор, нареченных Вечным Хладом. В народе же их кличут Реквием Банши. Это мрачное имя родилось из рассказов тех немногих искателей приключений, которым удалось вернуться с ледяных склонов. Они поведали, что многие их товарищи, обреченные на гибель в ледяных пустошах, пред кончиной своей слышали жалобный женский плач, а затем тихую, печальную и надрывную песнь. «Словно реквием по их потерянным и заблудшим душам», — так говорили они. Тем же, кто смог пересечь гибельные пики, довелось лицезреть бескрайние снега, свирепых хищников и ледяных великанов, что неусыпно стерегут свои владения. Суровый климат, опасные твари и агрессия исполинов не позволяют до сей поры изведать эту землю до конца. За вечно бушующим морем лежит королевство Шуэ́йнь, столица там — Нэйчжу́. Прославилось оно изысканными шелками и жемчужинами кристальной белизны. Среди его жителей бытует предание, будто жемчуг не что иное, как слезы девы по имени Си Лие́н. Была она первой красавицей во всем королевстве, рождена простолюдинкой. Молва о дивной девушке из маленькой деревушки достигла ушей короля Лун Янша́о, и он повелел доставить ее ко двору. Узрев Си Лие́н, король в мгновение ока был сражен ее красотой и воспылал страстью. Увы, законы не дозволяли ему взять ее в супруги, и она стала десятой наложницей. Во дворце кроткая Си Лие́н скоро снискала всеобщую любовь, включая благосклонность прочих наложниц. Лишь королева Мин возненавидела ее, снедаемая ревностью к красоте юной девы и к той безраздельной страсти, что питал к ней Янша́о. Шло время, и Си Лие́н родила младенца — мальчика с васильковыми очами и пламенеющими рыжими волосами. Тогда-то всем и открылось, что Си Лие́н — прямой потомок Великого Цра́лхела, бога огня и солнца. Ее стали почитать как святую, воздавая ей поклонение. Жгучая ненависть королевы Мин вспыхнула с новой силой. На закате одного из дней она сама явилась в покои Си Лие́н и вонзила кинжал в ее горло, а тело приказала сбросить в пучину вечно бушующего моря. Убить дитя Си Лие́н королева не посмела — рука ее дрогнула перед невинной колыбелью. Король Янша́о, обезумев от горя, учинил над коварной Мин публичную казнь. Вскоре же поползли слухи, будто у бурного побережья являлся призрак прекрасной девы: она танцевала на гребнях волн, а слезы, струившиеся по ее щекам, падая в воду, обращались в белоснежный жемчуг. До конца своих дней король Янша́о вместе с сыном Си Лие́н, Чинже́, приходил на берег, тщетно вглядываясь в пенную даль, в надежде вновь узреть свою возлюбленную.
На некоторое время воцарилась тишина. Тейн тяжело вздохнул и вновь прервал молчание:
— По ту сторону реки Гунэ́й раскинула свои знойные просторы империя Шаиса́й, столица — Ахиджи́л. Властвуют там вечные пески, а земли коварны и непредсказуемы: зыбучие трясины и чудовищные песчаные черви норовят увлечь неосторожного путника в глубокие подземные катакомбы, откуда нет возврата. Люди там с подозрением взирают на чужаков. Днем палит невыносимый зной, а в иных местах не утихают песчаные бури. С наступлением же ночи по пустыням начинают бродить мстительные духи А́ргю, чей шепот способен помрачить рассудок и вытянуть душу из человека сломленного, дабы вернуться в мир живых. Множество заброшенных городов стоят там немыми памятниками древним народам. Где-то в Мертвом океане дрейфует пиратский остров Крубе́н. Те, кому довелось ненароком наткнуться на него, живыми не возвращались. Известно о нем до обидного мало, так что едва ли смогу рассказать что-либо дельное. Если бы удалось пройти сквозь вечные водовороты Океана Душ, можно было бы достичь материка, где расположено королевство Хорсте́к со столицей Тенда́йк. Слышно, что люди тамошние давно отвернулись от богов, возложив упование на научные изыскания. Мне доводилось слышать, что это королевство — оплот прогресса, и все новейшие технологии и открытия рождаются именно в его стенах. К слову, в Эргра́д некогда наведались послы из Хорсте́ка. В знак сотрудничества они преподнесли нам песочные часы, однако далеко не все встретили их дар с воодушевлением. Народ у нас, по большей части, верующий и жителей Хорсте́ка считает еретиками. Что до меня, я всегда рад познанию нового, пусть даже прогресс порой внушает страх. Вообще, в наших краях еще много чего не изведано. Однажды от странствующего барда я услыхал, будто бы из Поющего моря восстал огромный остров, что, по преданию, скрылся под водой во времена Великого Бедствия. Возможно, это всего лишь очередная сказка.