- Ладно, послушай, - сказал Джозеф, его голос приобрел бесстрастный тон. - Мы должны вытащить тебя из этой передряги, и сделать это нужно как можно скорее. Такие долги перед такими людьми... ничем хорошим это не кончится, если мы не предпримем никаких мер.
Он сделал небольшую паузу, обдумывая возможные варианты. Затем его лицо затвердело от решимости:
- Думаю, у меня есть способ достать деньги, но... это будет непросто. И уж точно не законно. Но я не могу стоять в стороне и смотреть, как они причиняют тебе боль, Джефф.
Джеффри поднял взгляд на Джозефа, в его глазах блеснула надежда:
- Что ты имеешь в виду, Джо? О чем ты думаешь?
- Я уже имел дело с преступным миром, Джеффри, - серьезно сказал Джозеф. - Идем. Покажешь мне этих братьев Трухильо.
- Они живут в заброшенном таунхаусе на Арлингтон-Хайтс, Джозеф... Они содержат что-то типа борделя и пристанища в одном месте. Там есть два брата... одного зовут Оскар, а другого - Гектор, - сказал Джеффри по пути к выходу.
При словах Джеффри у Джозефа по позвоночнику пробежал холодок, а в животе поселилось чувство ужаса. До него доходили слухи о том, что район Арлингтон-Хайтс является очагом незаконной деятельности, но он и представить себе не мог, что это будет происходить настолько цинично. Бордель и притон под одной крышей? Это поражало воображение, и Джозеф был полон решимости покончить с этим.
- Ладно, поехали, - сказал Джозеф, его голос был напряжен. - Веди меня туда, Джефф. Посмотрим, откуда эти ублюдки совершают свои операции.
Они вышли из кампуса и молча пошли по окраине района Арлингтон-Хайтс. Чем дальше они шли, тем более запущенными и ветхими казались дома. Граффити украшали осыпающиеся кирпичные фасады, а тротуары были местами потрескавшимися и разбитыми.
Наконец Джеффри остановился перед особенно убогим на вид таунхаусом. Краска облупилась, окна были заколочены, а вход защищала ржавая металлическая дверь с висячим замком. Этот дом был далеко не таким очаровательным и ухоженным, как окружавшие его дома, и служил ярким напоминанием о тьме, которая таилась внутри.
- Вот оно, - тихо сказал Джеффри, его голос слегка дрожал. - Вот откуда они действуют.
Джозеф уставился на здание, его серо-голубые глаза сузились, вбирая в себя каждую деталь. Он знал, что ему нужно быть осторожным, тщательно все спланировать, если он хочет уничтожить Трухильо и избавить Джеффри от долгов. Но он также знал, что не может позволить страху удержать его.
- Жди здесь, - сказал Джозеф, его голос был твердым и непреклонным. - Я собираюсь осмотреть все вокруг и понять, с чем мы имеем дело. Сиди в машине и не выключай двигатель, хорошо, Джефф?
Джеффри кивнул, чувствуя облегчение от того, что кто-то другой взял на себя ответственность за ситуацию. Джозеф расправил плечи и направился к запертой двери, в голове у него уже роились планы и возможности.
У Джозефа сжался желудок, когда он увидел перед собой отвратительную картину. В тускло освещенной комнате стоял едкий дым сигарет и удушливый запах марихуаны, от которого слезились глаза и жгло горло. Он почувствовал прилив гнева и отвращения, увидев молодых латиноамериканских девушек, явно под кайфом и в отключке, их изгибы едва прикрыты облегающим бельем. Они безмятежно разлеглись на потрепанной мебели, их остекленевшие глаза безучастно смотрели в пространство.
Сердце Джозефа разрывалось от жалости к ним, ведь они, скорее всего, стали жертвами торговли людьми и были вынуждены жить в сексуальном рабстве. Он молча поклялся сделать все, что в его силах, чтобы спасти их и привлечь преступников к ответственности.
Пропустив мимо ушей тревожное зрелище, Джозеф направился по тусклому коридору, следуя указаниям Джеффри, в заднюю комнату, где жили братья Трухильо. Он услышал их веселый смех и звон бокалов задолго до того, как добрался до двери. Настроившись на предстоящую конфронтацию, Джозеф решительно постучал в дверь.
Она распахнулась, открыв просторную, богато украшенную комнату. У дальней стены стоял плюшевый кожаный диван, на котором сидели двое грузных темнокожих мужчин в дорогих костюмах. Их глаза, холодные и безжалостные, настороженно смотрели на Джозефа, разглядывая его эмо-наряд. Это были братья Трухильо, Оскар и Гектор, и аура угрозы, окружавшая их, была ощутимой.
- Кто ты нахрен такой? - прорычал Оскар, его голос был глубоким, угрожающим.