Седой рейдер просто пожал плечами, максимум эмоций с его стороны – легкое движение брови. Всего лишь. Но для него – почти хохот. В любом случае, шутка в зачёт. Маленькая победа. На фоне бесконечной гонки. Я откинулась на сиденье, чувствуя, как холодная влага от мокрого комбеза просачивается к коже. Следующая точка. Следующая ловушка. Следующая жертва системы. Пальцы сами собой потянулись к холодному металлу «Шторма». Готово.
***
К точке рандеву мы успели вовремя. Так никого не оказалось...
Тишина. Слишком тихо. Бетонный ангар, пахнущий ржавчиной, маслом и... ничем. Ни следа недавнего присутствия. Ни теплых пятен, ни сбитой пыли под ногами, ни эха чужих шагов в металле. Мой дар, растекаясь по пространству, натыкался только на холодную пустоту и давние энергетические шрамы на стенах. Стандартный перевалочный? Пустой. Вычищенный. Или нас опередили? Яростный зуд под кожей – желание обыскать каждый сантиметр, найти хоть ниточку к подонкам, торгующим людьми. Схватить. Выбить правду. Сделать так, чтобы они выли от боли и страха... Пальцы сами сжались в кулаки. Но... Нет. Я вдохнула, ощущая знакомый холодок красной пыли, гасящей вспышку ярости. Работа – квалифицированным людям. В Союзе таких хватало. Но не нам. Не сейчас. Спокойным, почти ледяным волевым усилием я отмела охотничий азарт. Фокус. Цель – дальше.
Леон уже работал с рацией. Его голос, ровный и без эмоциональный, резал тишину:
– Джокер связному торгового союза, требуется передать послание Пузырю. Гарант Купец и Гермес.
Торгаши. Их каналы – грязные щели в эфире. Я прислушалась к шипению эфира, к кодировке сигнала. Примитивно. Как и они. Радиопередача пошла гулять, запутываясь в цепочке проверок. Двадцать минут в этой металлической гробнице? С Леоном? Я прислонилась к холодной стене, закрыв глаза, но не расслабляясь. Каждый нерв оставался натянутым, сканируя пустоту ангара, слушая мерный гул генератора где-то в глубине и... дыхание Леона. Ровное. Спокойное. Как у камня. Мои собственные мысли метались: Координаты... "живой товар"... Опять полторы сотни? Или больше? Цифра из терминала форта 184-0 жгла изнутри. Система. Все та же проклятая система.
– Джокер. Это связной Ёж, полномочия подтверждены. Жду сообщение, – наконец прозвучало из рации.
Леон ответил мгновенно, его голос приобрел стальную нотку:
– Джокер Пузырю, выкупи живой товар. Твои десять процентов от сделки. Весь живой товар по координатам 187 минус 13, возьмёшь в сопровождение моих людей. Банда кота. Они в нулевой точку 184 прямой. Обманешь – убью.
Правило третье. Слова эхом отозвались в памяти. Всегда отвечай за свои слова. Леон не бросал угроз на ветер. Это был холодный расчёт, выстрел с предупреждением. Он знает. Знает, что Пузырь знает. И этот "убью" – не эмоция. Это констатация будущего факта.
– Ёж Джокеру, последняя фраза – точно передавать? – спросил диспетчер, и в его голосе сквозила профессиональная осторожность.
Леон усмехнулся, коротко и беззвучно, уголком рта:
– Джокер Ежу. Можешь добавить интонацию от себя – разрешаю. Всё беру на себя, я вашего опера знаю – не одёрнешь, с голой жопой уедешь.
"С голой жопой"... Почти улыбка тронула мои губы. Классический Леон. Угроза, завернутая в грубый шарм. Он умел доносить суть.
– Джокер принято. Бывай рейдер.
– Бывай, диспетчер.
Разговор стих. Мы снова мчались. Сто тридцать километров в час по разбитой дороге – Багги плясал, как бешеный, а Леон виртуозно ловил его в заносах. Он стал... другим. Я чувствовала это кожей. Его присутствие, всегда плотное и контролирующее, теперь ощущалось дальше. Как будто его сенсорная сеть раскинулась шире, цепляя больше деталей мира.
– Что произошло, командир? – спросила я на редком ровном участке, глядя на его профиль. – Я чувствую... ты стал видеть тварей дальше. Чувствовать энергию Мешка... иначе.
Он не повернул головы, взгляд прикован к дороге:
– Пять лет. Мозг перестроился под родственный вид энергии. Радиус сенсорики увеличился вполовину. С пылью – до трёхсот метров.
Вполовину. Цифра впечатлила. Триста метров чистого восприятия... Это меняло многое.