Во-вторых, Леон и его бесконечный источник Микса. Трубки появлялись как по волшебству. Подозреваю, что он делает его сам. Аптечка Апокалипсиса в кармане у призрака. Логично. И страшно. Значит, он может не только калечить, но и чинить. До бесконечности. Пока не получит всё, что нужно.
Резать цыганку второй раз было даже не интересно. Нож входил в плоть, она хрипела, но это был… процесс. Как чистка картошки. Главное, за чем следил мастер – чтобы жертвы не были в критическом состоянии, именно тогда приходят подарки Мешка. "Подарки". Его эвфемизм для внезапных изменений психики или работы мозга, вспышек неконтролируемых ментальных способностей или просто жуткой, мучительной смерти, если было действительно слишком поздно. А что придёт упёртой сучке никто не знает, лучше не рисковать. Нам нужны её слова, а не фокусы местной "магии".
– Теперь точно всё рассказали, – голос Матильды был хриплым, лишенным прежней язвительной энергии. Просто усталая констатация факта. – Я тебе даже пароли свои выдала, что нужно ещё. Просто убей и всё.
– А это пожалуйста, – Леон сделал легкий, почти галантный жест в сторону двери. – Только тут очередь образовалась на твою голову. Очередь. Я мысленно представила Француазу. Ее глаза. Думаю, есть кому это нужнее, – холодно язвил сенсей. Нужнее. Это было невероятно точно. Новенькой это было нужно как воздух. Как последний глоток перед смертью.
Жертву звали Француаза. И она была француженкой (везёт же нам на них в последнее время), ну если креолку можно так назвать. Она стояла в дверях сейчас. Не та полумертвая тряпка, которую мы вытащили из машины. Совсем другая. За неделю под крылом янки она… закалилась. Девушка поступила в ведение бригады Арни, который её натаскивал на скаута. "Натаскивал". Как Леон меня. Как Гринч. Всех здесь "натаскивают". После пережитого у неё правда ничего не открылось, никаких сенсорных талантов, только человеческая боль, но спортивный разряд по стрельбе и служба в иностранном легионе с лихвой компенсировали эти недостатки. Недостатки. В Мешке умение стрелять – не недостаток, а базовая валюта выживания. И пусть реального боевого опыта женщина не имела, но прошла жёсткую школу. Школу, где ломали, чтобы собрать заново. Я видела это в ее осанке, в том, как она смотрела на Матильду. Без страха. С холодной, методичной ненавистью. Поэтому позывной Палач решила отработать на полную катушку. "Палач". Хорошо выбранный позывной. Предчувствие? Или просто знание себя?
Её понимал только Арни, общаясь на смеси английского и французского, но «убить, сама и тонну мата» на любом языке понять не сложно. Ее голос сейчас был низким, хриплым потоком чего-то невероятно гневного и окончательного. Я ловила обрывки. Не слова. Эмоции. Алую волну ярости, черную полосу мести, стальную нить решимости. Ей не нужен был переводчик. Ее намерение было кристально ясно.
– Пошли отсюда, – Леон коснулся моего локтя, легкое движение. – Арни пусть сам разбирается со своей красотой, раз Гринч выбрал её в команду.
"Своей красотой". Опять этот странный, вежливый сарказм. Но теперь я понимала. Это был код. Знак, что спектакль окончен. Наша роль здесь сыграна.
– Ты приносишь удачу, коллегам идеального четвёртого, – продолжил наставник.
Удачу? Я посмотрела на Француазу, которая шагнула к Матильде, блокируя ей путь к отступлению. На Арни, который стоял как каменный страж у двери. На Гринча, чье присутствие где-то наверху обеспечивало, что никто не помешает. Идеальный четвертый. Не про меня. Про нее. Француазу. Она закрывала брешь. Становилась частью машины.
– Союзу - вычислили ещё восемь фортов и три контакта «Вербовщиков», – Леон перечислял факты, пока мы шли по темному коридору прочь от криков, которые вот-вот должны были начаться за нашей спиной.
– Пять схронов с оборудованием, которые не придётся подставлять под разграбление тварям для конспирации, – спокойно сказал сенсей, оставляя бывшую жертву и охотников в одном помещении.
Вычислили. Благодаря болтовне сломленных тварей и моему дару, вытягивающему ниточки из их страха. Теперь можно начинать штурм «Перекрёстка», одним ударом закроем этот гадюшник, а там глядишь до реальных хозяев доберёмся,