— Ты мне можешь объяснить, как произошло такое дерьмо? — резко говорит он, а я дёргаюсь, когда слышу этот пропитанный ненавистью голос. — Я как будто попал в один из своих самых страшных кошмаров, и я больше всего на свете мечтаю проснуться… Как вообще такое возможно? — я вижу его чёрные мрачные глаза, которые с всепоглощающей злобой смотрят на меня.
— Деймон, я…
— Замолчи, чёрт возьми! Просто закрой свой рот! — кричит он, впервые за всё время теряя контроль. Всегда сдержанный и всегда закрытый, всегда умеющий держать себя и свои эмоции под контролем, сейчас он просто неузнаваем. — Твою-то мать! Это просто немыслимо! Просто невозможно! Такое не происходит вот так просто! Что ты сделала? Как ты смогла просто в один долбанный день раскрошить в ничто всю мою жизнь, все мои старания и годы тренировок, всё моё грёбанное будущее? Это просто долбанный талант, Кира! — орёт он. — Я знал, что грядёт гильдия. Я знал, что буду там. И я чётко знал, кем я там буду, — рычит он, вплотную подходя ко мне. — И это… Это явно не то, чего я ожидал! Не то, чего я хотел! — его кулак с гулким треском ударяется в стену позади меня, а я вздрагиваю и бледнею.
— Деймон, прости, — заикаюсь я, — в этом нет моей вины. Я…
— Что? — перебивает он с сарказмом. — Нет твоей вины? Хватит нести эту хрень! Я почти уверен, что ты могла отказаться! Тебе точно давали такую возможность. И ты должна была это сделать! Именно это! А ты? Ты кем себя возомнила, чёрт возьми?! Ты во что себя вообще вписала? Ты понимаешь или нет?!
— Знамя бы ушло и гильдии бы тогда не было! — глухо возражаю я.
По его лицу проходит судорога, а взгляд мрачнеет и темнеет как будто ещё больше. Он делает ещё один небольшой шаг, и я оказываюсь в капкане между ним и стеной. Он наклоняется ко мне почти вплотную, смотря в мои глаза, и совсем тихо произносит:
— Я не знаю, как ты себе там видишь своё будущее и что ты там себе напридумывала, но всё будет не так. Совсем не так, — качает головой он. — Я потратил очень много времени и сил на эту подготовку, ведь у меня была чёткая цель и чёткий план, в отличии от тебя. Ты мало того, что забрала моё знамя, так ты еще и насильно привязала меня к себе на этих сраных три месяца?! У меня нет сейчас столько времени для тебя! У меня был чёткий выверенный план, просчитанный до мелочей, который учитывал всё! Просто всё! Но тут вмешалась ты! — орёт он, резко хватая меня за шею и с силой приколачивая к стене. Я хватаюсь за его руки, но ничего не могу сделать.
— Деймон, давай это… — «обсудим», хочу сказать я, но он даже шанса не даёт мне договорить.
— Ты что, правда думаешь, что я, как ущербный кретин, столько времени выстраивал отношения со Старейшими гильдиями просто так? Забавы, нахрен, ради?! — сжимает он свои руки, и мне становится тяжело дышать, и я беспомощно упираюсь руками в его грудь. — Выполнял все эти сраные их заказы и поручения, рискуя день и ночь своей жизнью и жизнями братьев? Я либо возглавил бы Эмпайр сам, заручившись поддержкой кого-то из них, либо мы присоединились бы к любому составу, которому только пожелали, убрав потом без проблем лидера. Но ты отняла у меня обе возможности! Ты что, правда думаешь, что сможешь пережить то, что грядёт? Что сможешь одна выстоять против них?! — он резко отпускает свои руки, отворачиваясь от меня, а я начинаю сильно кашлять, смотря на него.
— Поэтому я и взяла тебя, — тихо мямлю я.
— Чтобы я тебя сейчас защитил?! — орёт он. — Ты что головой ударилась?! А где же твой сраный, горячо любимый…?!
И вдруг он замолкает, в его глазах я вижу смятение. Всего на секунду, но этого достаточно, чтобы что-то резко изменилось.
— Чёрт возьми! Ты взяла меня в гильдию, но не взяла его?! Это что ещё за грёбанная херня, Кирена?! Твою то мать! Что я должен с этим делать? Ты вообще рехнулась?! — он отворачивается и отходит к окну.
— Что? — не понимаю я. Неужели он только сейчас это понял? Неужели он только сейчас осознал, что Таниэля здесь нет, а есть только он?
Он обхватывает голову руками и садится на стул, а я, как стояла у стены, так и стою, боясь сделать хотя бы шаг. Я ощущаю жуткую пустоту и невыносимую боль где-то глубоко внутри себя. Я возвращаюсь на годы назад, когда мы заговорили с ним первый раз в далёком детстве, от чего мне становится ещё хуже. Я никогда не хотела разрушать его жизнь. Только не с ним. Я всегда чувствовала какую-то связь, притяжение к нему, пускай это было придумано мной самой с первого дня, когда я только увидела его, но я никогда даже в мыслях не хотела вставать на его пути и быть его проблемой. Никогда. И совсем не потому, что он может быть опасен, совсем нет…
— Я не могу тебя защитить, — тихо говорит он, качая головой. — Ты, кажется, меня перепутала с Фелом! Демоны ада! Я чёрный колдун, если ты не забыла! Так что я здесь уж точно не для этого! Ты просто решила взять с меня все мои долги таким вот образом, не так ли, разрушив в отместку за прошлое всю мою жизнь? — горько говорит он. — Именно так?
— Нет, Деймон! — протестую я. — Я никогда этого не хотела! Пожалуйста! Это не так! Я бы никогда не стала…
— Хватит! — рычит он.
Его тёмные глаза с болью смотрят на меня. Он как будто сломлен — я никогда в жизни его таким не видела. Никогда. По моему телу проходит судорога от этой картины — я просто уничтожила его жизнь.
— Знаешь, мне плевать! — говорит он, буравя меня своим взглядом и медленно подходя ко мне, сжимая свои кулаки. — Мне плевать! Я не собираюсь помогать ни тебе, ни твоей маленькой гильдии. Я палец об палец не ударю, чтобы спасти тебя от того, что грядёт! Вопрос с твоей предрасположенностью, который ты считаешь огромной проблемой, покажется тебе сущим пустяком, когда ты столкнёшься, наконец, с реальным миром и с его реальными проблемами! Тебе придётся постоянно погружаться в эту чудовищную боль, окунаясь в океан смерти, под крики и мольбы твоих друзей. Но я… знаешь, я буду просто смотреть. А когда пройдут эти три месяца и все бои, исход которых мы и так все точно знаем, я уйду туда, где должен быть — как можно дальше от тебя! Если, конечно, ты вообще доживёшь до этого момента, в чём я, если честно, очень сильно сомневаюсь, — смеряет он меня своим тёмным взглядом.
— Я не собиралась тебе мешать, Деймон, — шепчу я, на что он лишь усмехается.
— Ну да, я так и понял. Ты сделала сейчас ошибку, выбрав меня! — медленно, с ненавистью произносит он. — За то время, что я здесь, я сделаю всё возможное, чтобы разрушить всю твою жизнь и все твои мечты до основания, как это сделала со мной ты, — выплевывает он.
На этих словах он ещё раз смеряет меня своим враждебным взглядом и выходит, громко хлопнув дверью, а я медленно сползаю по стене. Слёзы начинают литься по моим щекам, и всё, что я ощущаю, — это боль. Жуткая боль.
Наверное, проходит целая вечность, прежде чем я, немного придя в себя, нахожу в себе силы для того, чтобы встать и направиться домой. В целом, не считая гаденького чувства вины, которое давит на меня многотонным грузом, понимание того, что я всё ещё жива может служить безошибочным индикатором того, что, в общем-то, всё прошло очень даже неплохо. Может быть, он успокоится, и всё наладится? Всё, что нам нужно, — это время. Время, которое, по словам Мортигена, стремительно ускользает от нас каждую секунду.
Неожиданно я вспоминаю про его подарок и опускаю руку в карман, доставая небольшой серебряный кулон круглой формы с крупным рубиновым камнем в основании. Весь кулон изрезан своеобразным рисунком витиеватых линий, которые напоминают виноградную лозу, а в самом низу я вижу еле уловимые очертания дракона. Я даже представить не могу, сколько этой красоте лет. У меня никогда не было никаких артефактов, или даже простых украшений — мне никто никогда не делал таких подарков. Пусть эта маленькая вещица будет моим персональным сгустком надежды, напоминающим мне о золотом могущественном драконе, который всегда будет рядом со мной. Ведь что такое артефакт или оберег, как не сила мысли, проецируемая на него? Я застёгиваю его на шее в надежде, что он спасет меня от всего, что меня ждёт впереди.