Они показали ему альбомы с фотографиями, привезённые американцами в двух металлических ящиках. Это стало желанным перерывом в рутине. Он использовал их, чтобы показать, что готов сотрудничать, и в течение двух дней они перебирали четыреста-пятьсот лиц мужчин, подозреваемых в прохождении подготовки в Афганистане. Он назвал им имена примерно дюжины, с которыми воевал, и указал, что трое из них – саудовец, йеменец и ещё один пакистанец с британским паспортом – были мертвы. Он видел, как молодой йеменец погиб прямо у него на глазах от ракеты Северного Альянса, и похоронил его вместе с пятью другими под грудой камней, поскольку земля была слишком твёрдой для копания.
Следователи снова и снова возвращались в лагеря «Аль-Каиды». Хан объяснил, что приехал из Боснии уже подготовленным и закаленным в боях. Что касается тактики и оружия, он знал гораздо больше, чем любой из тех, с кем сражался, но у него не было абсолютно никаких контактов с тренировочными лагерями террористов. Последние две зимы он провел на фронте без…
припасы, отморозил себе задницу, вокруг него люди умирали от холода и болезней.
У них была радиосвязь с Кабулом, но, похоже, никто не обращал на них внимания.
«Я был солдатом, — устало заключил он. — Я был для них никем, а арабы в основном держались особняком».
«Но вы были настоящим героем из Боснии. Вы командовали арабами в боях с Северным альянсом и на таджикской границе», — сказал один из допрашивающих.
«Арабы без денег остались с нами, да. И стали хорошими бойцами. Но богатые всегда откупались, чтобы вернуться на юг. Я видел, как они приходили, и знал, что они не продержатся и нескольких недель. Возможно, вы слышали о разных арабских названиях для них. «Тарва» — это были богатые, «Саура» — революционеры. Это старая арабская шутка, каламбур, кажется».
«Почему вы не уехали раньше?» — спросил один из американцев. «Вы говорите, что ненавидели Талибан и не уважали арабов, но при этом оставались в Афганистане дольше всех, кого мы допрашивали. Почему?»
«Я был предан тем, с кем сражался. Нас было десять человек, и мы были вместе с девяносто восьмого. Мы вместе пережили все трудности, опасности и безумные решения, которые принимали люди из Кабула, которым не нужно было воевать. Мы ели вместе, делились имуществом; мы спасали друг друга и хоронили братьев. Когда годами живёшь в горах, полагаясь друг на друга, без припасов, не думаешь о том, что происходит во внешнем мире. Легко оказаться отрезанным от мира…»
«Близорукий», — предположил еще один американец.
«Да, близорукий. Я был этим грешным. Да».
«Чепуха», — сказал человек по имени Майло Франк. Он возглавлял американскую команду и, пожалуй, был самым враждебно настроенным. «Это лицемерная чушь, Хан. Ты наёмник, и ты сражался за режим, который казнил женщин за чтение школьных учебников!»
«Я не поддерживал эти вещи».
«Тебе нравилось убивать. Это правда, не так ли? Ты профессиональный киллер. И когда твоих людей из Афганистана вышвырнули, тебе приказали отправиться на Запад и снова убивать». Он помолчал и понизил голос. «Ты покинул Афганистан в декабре, верно?»
Хан кивнул и уставился на узоры из сколов краски на стене. Он знал каждый квадратный дюйм комнаты и был знаком с обычными шумами, доносившимися с улицы: шумом машин, криками торговцев, которые…
появлялись каждый день в одно и то же время, и слышался шум студентов, выходящих из академии, расположенной неподалеку.
«Итак, — сказал Франк, подтягивая штаны. — В тот самый момент, когда руководство распустило всех боевиков «Аль-Каиды» и приказало им продолжать борьбу из своих стран, вам взбрело в голову вернуться в Лондон, чтобы завершить медицинское образование. Вы пересекли границу в Спин-Болдаке и петляли, пока не связались с семьёй в Лахоре. Вы проехали через Кветту, отправились на север, в племенные районы, а затем повернули на запад, в Иран. У нас есть отчёт Межведомственного разведывательного управления, поэтому мы всё это знаем. Так уж получилось, что именно в этот момент сотни боевиков «Аль-Каиды» прошли тем же маршрутом из Мешхеда или Заболя в Иране, двух городов, которые вы, как вы признаёте, посетили. И вы утверждаете, что всё это совпадение?»
«Да, я хотел вернуться к своей прежней жизни. Я понял, что совершил ошибки. Я хотел вернуться… оставить убийство и стать врачом».
«Это чушь. Ты был плохим студентом, а твои преподаватели в Лондоне...