— Я увидела, как одна девушка сумеет остановить тебя. Ей удастся восстановить нам память, удастся разрушить твою сеть лжи.
— Знаешь ее имя?
— Фелисити.
— Этвуд? — Удивленно уточнил отец.
— Да. Но для этого ее нужно убить. Она унаследует дар матери и в таком случае, ты оставишь нас в покое.
— И как вы собирались провернуть это? — Он направил на дочь ликующий взгляд.
— Я убедила Эдди совершить убийство. Он знает о ритуале, хоть и слабо верит в него. Он доверяет нам, так как мне удалось убедить его, что это единственный выход спасти Фелисити.
— При этом ей не угрожает опасность?
— Самую малость.
— Феноменально, дорогая! — Вскрикнул он, хлопнув в ладоши.— Благодарю тебя за честность, — ласково проговорил отец на прощание, после чего вышел из кабинета.
Девушка быстро заморгала, пробуждаясь. Удивительно, но она помнила все. Отец впервые оставил без внимания ее осведомленность. Но Эйлин испытала от этого лишь неподдельный ужас, так как Теодор Блек, покидая кабинет, удовлетворенно улыбался.
***
Мягкое касание по тыльной стороне ладони вывело меня из мучительного фрагмента. Я вновь оказалась перед многочисленными мониторами, что одновременно отражали помехи. Белый шум въелся в сознание отдавал сильнейшей мигренью.
— Какого черта?! — Я схватилась за голову.
— Что еще я должна увидеть, чтобы вы наконец выпустили меня отсюда?
Помещение медленно вытягивало воздух из моих легких. Взгляд метался от телевизора к телевизору, пытаясь найти что-то особенное. Обходя пирамиду, я увидела стопку пыльных кассет. На каждой обозначалась дата, название и подпись. Я взяла одну из кассет.
«День смерти Фелисити». Подпись: Джон.
Тело покрылось мурашками.
— Вот как.
Я вставила кассету в один из телевизоров. Ничего не произошло. Я вытянула руку и коснулась кончиками пальцев ряби на экране.
— Ну же, прожорливая скотина. Я вся твоя.
Все вокруг вновь померкло.
***
Эдди не знал, правильно ли он поступает. Или же подписался на крайне сомнительную авантюру. Так или иначе, пути назад уже не было. Достаточно было одного взгляда на незнакомку, чтобы весь его мир перевернулся. Он не мог отделаться от мысли, что эта встреча не первая. Пальцы словно помнили прикосновение к её бархатной коже. Он без труда во всех деталях представлял вкус её губ. Один звонок от сестры — и мир снова раскололся. Всё вокруг тут же стало туманным и нереальным. Словно всё происходящее — бесконечный кошмарный сон.
Эдди с силой сжал руль и всмотрелся в окно выжидающим взглядом. Совсем скоро на горизонте появится белая вольво, с которой ему суждено столкнуться. Задача была нереальна: сбить девушку на смерть, но при этом не оставить видимых увечий. Как бы он мог назвать себя, совершив данное преступление? Убийца? Спаситель? Он был обязан убить девушку, чтобы вновь увидеть ее благодаря ритуалу. Совершить задуманное, чтобы смерть отступила от ее тела и прекратила преследовать по пятам. Какое кощунство. В какой момент столь отвратительная идея превратилась в реальность? Какой извращенец мог придумать такое?
Фелисити притягивала беды как магнит, словно сама этого хотела. Она без толики страха угрожала мужчине расправой, чтобы защитить свою стажерку. Была готова дойти до дома пешком в темном переулке. А теперь без всякого страха разгуливала по лесу. Девушке было суждено погибнуть еще пару дней назад, поэтому Эйлин разработала план, где смерть переносится в полнолуние в угоду ритуала возрождения. Судьба насмехалась над юношей, выставляя его палачом возлюбленной.
Она никогда мне этого не простит.
Из-за угла выехала машина. Пора.
Эдди сглотнул ком боли и сожаления, с силой вдавил педаль газа. Минуты пролетели со скоростью света. Сердце бешено билось, затмевая своим ритмом окружающие звуки. От сильного удара мужчина ударился лбом об руль. Лоб расшиблен, по лицу стекла капля крови. Он убил ее.
Дрожащими руками Эдди написал сестре «Я сделал это», а после отбросил телефон на заднее сидение. Дрожь пропитала все тело, руки закрыли лицо, в желании закрыть обзор.
Ведь такое с ним происходило из раза в раз. Отец поручал грязную работу, с которой приходилось разбираться в одиночку еще с пятнадцати лет. Вечно преследующая тишина разрывала сознание, надламывала волю. Хотелось на миг остановиться, вкусить настоящую спокойную жизнь, но Эдди был вынужден жить по чужим указаниям. Это был его долг. Но он никогда не мог предположить, что единственный свет, что не подчинялся никаким правилам, будет уничтожен его руками. Оставалось верить, что он делает все правильно.