— Вот так, Теодор! Ты видел? Теперь твоя очередь!
В глазах мгновенно потемнело, руки онемели, а в ужах раздался оглушающий звон. Руки, что слабо держали руль, повело в сторону. Вольво на полной скорости съехала с дороги прямиком в кювет.
Мощное столкновение выбило меня из сознания. В момент кромешной тьмы я осознала, что нахожусь на распутье жизни и смерти. Искривленное в ужасе мужское лицо станет последним моим воспоминание. Тот час все перестало иметь какое-либо значение. Смерть матери. Видение Эйлин. Ритуал возрождения. Теодор Блек. Все это было уже не важно, ведь через считанные секунды я исчезну.
— Должно быть вы живете удачливую счастливую жизнь, Фелисити?
Непрерывный гудок клаксона привел меня прийти в себя. Приоткрыв глаза я обнаружила себя вжатой головой в подушку безопасности. Пальцы коснулись влажных губ. Я занесла перед собой руку и увидела кровавый след. Малейшее движение отдавало болью в голове. Медленно выпрямившись, я попыталась подвигать руками и ногами. Возможно, адреналин ещё не вышел из крови, а может, мне просто повезло избежать переломов. Рука потянулась к ручке двери. Она без труда поддалась. Я открыла дверь, после чего неуклюже вывалилась из машины.
— К черту, разбогатею и найму водителя.
Лишь сейчас я заметила, как в метре от меня стоял олень.
— Чтоб меня… — тихо проговорила я себе под нос, осмотрев массивное туловище животного.
— Ты напугал меня!
Он посмотрел с недоумением.
— Что? Тоже считаешь меня сумасшедшей?
Олень продолжал с выжиданием глядеть на меня.
— Хочешь что-то показать?
Зверь повернул голову в сторону, указывая на тропу. Вскинув рога, он резво направился вглубь леса.
— Подожди! — Крикнула я ему в след и тут же сорвалась за ним с места.
От резкого движения под ребрами заныло. Ветви били по лицу, дорога сменялась с прямой тропы на густую траву, создавая преграды. Осознав собственный страх перед неизвестностью, мне внезапно захотелось бежать прочь. Но куда? Куда я могла пойти? Где я нахожусь прямо сейчас? Как только я замедлила шаг, олень впереди остановился и в нетерпении глянул на меня.
— Может, нужно признать, что я занимаюсь ерундой? Мы мчимся уже так долго и помимо деревьев мы ничего не обнаружили. Может, ты просто голоден? — С запинкой спросила я оленя.
Вдали послышался шум машин и гула толпы. Спустя минуту я оказалась на улице Нортвилла. Олень все еще стоял подле крон деревьев.
— И что дальше?
Он смотрел прямо на вывеску одного бара, в который я так и не решилась заглянуть за все время.
— Предлагаешь выпить по шоту? Я думала ты за здоровый образ жизнь.
Животное шутку не оценило.
— Что я делаю…— пробубнила я себе под нос и направилась к бару.
В помещение царила бурная обстановка. Несколько вульгарно одетых женщин занимали самый маленький столик и громко смеялись. Двое тучных мужчин увлеченно смотрели телевизор и смаковали темное пиво. В конце зала разместилась крайне знакомая мужская фигура, облаченная в черное пальто. Это был Эдди. Я прошла вперед, ощущая на себе несколько любопытных взглядов. Белая льняная рубашка на моем теле была в грязи, брюки разодраны, ноги босые, а на лице размазана кровь. Преодолевая расстояние к заветному столику, я постаралась отряхнуть грязь. Стало лишь хуже.
Стукнув ладонью по столу я быстро привлекла внимание Эдди.
— Занято?
Он поднял на меня недоумевающий, но крайне уставший взгляд. Скулы Эдди выпирали сильнее обычного, губы искусаны. Рядом стояла полупустая чашка с черным кофе. Он был остывшим.
— Мы знакомы? — встревожено спросил юноша, окинув мой внешний вид обеспокоенным взглядом.
Грудь сдавило от боли.
— Да ты шутишь, — раздраженно взвыла я.
— С вами все в порядке? Может, мне стоит позвонить в больницу?
Я занесла руку и со всей силы хлестнула ей по щеке юноши. Часть посетителей направили на нас любопытные взгляды, но вмешиваться никто не стал.
— Ну уж нет, ты вспомнишь меня. А потом ответишь за то, что убил меня!
Он схватил меня за руку, а после потянул на себя.
— Либо сейчас я вызываю полицию, либо ты прекращаешь кричать на все заведение, — прошипел он мне прямо в лицо.
Его сердце забилось. Громко.
Я ощутила, как мой гнев зацепил его. Словно из подкорки воспоминаний, перед внутренним взором, вспыхнул особый момент. Я смолкла, в то время как мой удивленный взгляд забегал по его лицу.