— Именно. Если Эбигейл согласится сотрудничать с нами, нам удастся повязать Теодора до того, как он поймет, что ты его просто отвлекаешь.
— Ты можешь представить, сколько мне потребуется удерживать его?
Он кивнул.
— Это очень опрометчиво, но я поражена.
— Неужели сама Фелисити Этвуд решила похвалить меня?
Я закатила глаза.
— Сейчас нам необходимо убедить Эбигейл.
Поняв, что Эдди нужно время, я оставила его в гостиной. Мне тоже следовало прийти в себя. В зеркале в ванной я увидела свои бешеные, безумные и полные отчаяния глаза. Горячий душ саднил раны. Синяки на ногах приобрели сливовый оттенок. В слив стекала грязная вода. Я с остервенением тёрла кожу, смывая кровь. Ступни отмыть с первого раза не удалось. Я вышла из ванны, обернулась полотенцем, села на пол. Тишина разъедала. Хотелось рвать на себе волосы, кричать, убежать. Но, ввязавшись в это дело, отступить я не могла. Переодевшись в джинсы и чёрный трикотажный свитер, я вернулась в гостиную, надев маску спокойствия.
На протяжении часа мужчина напористо разговаривал с Эбби по телефону. Женщина, на удивление, согласилась достаточно быстро. Но проблемы начались там, где мы и не подозревали. У нее возникли трудности с поиском файла, содержащего нужные нам данные. Возможно, их уже не было. Так же нам было необходимо собрать отпечатки пальцев с компьютера, с которого были украдены данные.
— Почему ты так уверен, что Теодор лично украл эти данные?
— Я предполагаю, что в самом начале карьеры отец был не достаточно осторожен.
— А если не удастся собрать отпечатки?
Он раздражено зарычал.
— Хватит! На каждом этапе данного плана есть брешь. В любой момент может пойти что-то не так, Фелисити. У нас нет времени на идеальную стратегию. Я обязан найти каждую зацепку, чтобы как можно быстрее обезопасить тебя!
Я заметила, как пальцы юноши, сжимающие телефон, затряслись. В глазах отражался искренний страх и неуверенность. Я, опустив взгляд, медленно кивнула.
— Я заварю кофе.
Он кивнул, выражая благодарность.
Растворяясь в тревоге, я совершенно утратила нить телефонного разговора. Поставив чайник на плиту, всмотрелась в пейзаж за окном. У двора была припаркована машина Эдди. Еще совершенно недавно я ехала на полной скорости, мечтая больше никогда не пересекаться с Блеком. А теперь мы полноценно разрабатываем план по его устранению.
Белая сумка Эйлин, которую я успела выхватить перед побегом, лежала передо мной на столешнице. Я выхватила ее и покрутила перед лицом, а после вывалила содержимое на поверхность. Помада, миниатюра духов, зеркальце и флакон с таблетками. Я нахмурилась. Во флаконе лежал сверток бумаги. Я достала его, а после развернула.
Это мамины транквилизаторы. Не знаю почему, но я уверена, что они каким-то образом способны блокировать дар. Надеюсь, у тебя найдется применение к ним.
— Эдди!
Мужчина отвлекся от бурного разговора и подошел ко мне.
— Что это?
— Что принимает твоя мать?
— Антидепрессанты. — Он взглянул ближе. — Или что-то очень на них похожее.
— Нора антидот. Блек пичкал ими твою мать, чтобы она не разрушила выстроенные убеждения! Я могу попробовать дать их Теодору. В таком случае у нас будет время.
Он неуверенно кивнул.
— Хорошо.
Около часа я провела на кухне, прокручивая в руках флакон. В то время как уже сам Эдди мерил помещение шагами. Исходя из их разговора, Эбигейл совершенно не понимала, о чем говорит юноша. Они испробовали несколько методов поиска файла, пока Эбигейл не нашла папку, доступ к которой был закрыт. Ноутбук требовал пароль. Эдди, что ранее казался воодушевленным, сник. Я же времени терять была не намерена. Порывшись в шкатулке с украшениями, я нашла занятный перстень, в котором можно было спрятать что-то маленькое, либо рассыпчатое. Я измельчила таблетки и засыпала полученный порошок в новый тайник.
— Нам пора выезжать.
— Сейчас? Но Эбигейл еще ничего не нашла.