— Пройдемте, леди. Я покажу вам дом.
Пройдя вперед, я неловко оступилась. Мужчина взял меня под локоть и бережно повел к особняку. Во мне вспыхнула надежда; узнать больше об этой семье, дабы развеять мамины опасения. Я знаю, в конечном счете, она окажется права, как и всегда. Но особых предпосылок к опасности не было. Да, я ощущала странности рядом с Эйлин, но ведь она искренне беспокоилась обо мне, как и Эдди. В голове все перемешалось, словно сам мир хотел сбить меня с толку.
— Давид, скажите, как долго продлится банкет?
— Около четырех часов. Я уверен, гости будут вами очарованы.
— Несмотря на мое происхождение?
— Вы будете сопровождать Эдмунда Блека, этого вполне достаточно для пристального внимания.
— Они будут мной недовольны.
— Они будут вами недовольны в любом случае, леди. Пассия старшего сына Теодора окажется озере презрения в любом случае. Но вы ведь преследуете более личные цели, нежели пресловутые холостячки вечера, верно?
Я уставила на него ошеломленный взгляд, в то время как мажордом в полном спокойствии шел вперед, совершенно не обращая внимания на мой лик.
— Жену Теодора зовут Нора, — буднично продолжил он. — Она является отличным дизайнером интерьера. Ее творения вы воочию сможете увидеть в комнатах дома.
Мы приблизились к особняку. Преодолевая роскошные двери, я окунулась в элитную атмосферу дома семейства Блек. Кессоны окрашены в бежевый цвет под стать стенам. На высоком потолке располагалась хрустальная люстра. Исходившие от нее солнечные зайчики усеяли черно белую плитку. Кованые перила в центре помещения извивались в изящные узоры, подобно буйным змеям. На лестнице расположился красный ковер с необычным синим орнаментом.
Было непривычно услышать громкий стук своих каблуков по полу. Все намекало: пора слиться с этой роскошной эйфонией, проникнуться ей, стать с ней единой. Но, несмотря на очаровательную атмосферу зала, мне хотелось держаться в стороне. Я была уверена, дороговизна не примет меня. Роскошная мебель, зеркала, обрамленные золотом, отвергнут мое нутро. Мне нечего дать этому дому, как и нечем ответить на симпатию Эдди. Моя душа пропитана волной скорби и боли, и неизвестно, благодаря чему мне удастся напиться любовью и осветить ею пространство.
— Давид, вы говорили, что дом отреставрирован отцом Эдди, но почему же он не выбрал для жизни полностью отстроенный им дом?
— Таково было желание хозяина. Он всегда имел слабость к вещам, содержавшим в себе историю. Думаю, Теодор хотел оказать должное уважение архитекторам того времени.
— Он кажется крайне благородным мужчиной. В недавнем времени я посетила ателье, где в его честь пели оды.
— Хозяин сентиментален. Если он видит в ком-то потенциал, то непременно приложит все силы, дабы помочь взойти на пьедестал. Жаль, несмотря на усердные попытки, он не ощущает себя удовлетворенным в полной мере. Может, всему виной тоска по прошлому, либо внутреннее ощущение старости.
— Кажется, он склонен к унынию, — смело произнесла я в заключении.
Давид рассмеялся, на мгновение теряя самообладание.
— Вы правы.
Я ходила нарочито медленно, стараясь уловить взглядом каждую деталь помещения. Тяжело вообразить, сколько могло быть потайных улочек в этом древнем здании. Как же хотелось беспардонно заявиться в каждую комнату в попытке проникнуться жизнью такого талантливого человека, как Теодор.
Ступив на лестничную площадку, я ощутила, как нечто крохотное припало к моему телу.
— Ох, — в неожиданности выпалила я, переводя взгляд на золотую макушку.
— А эта наша младшая представительница семейства, Рози, — со странным удивлением оповестил Давид. Маленькая девочка не удосужилась его взгляда. Вместо этого Мажордом, приоткрыв рот, изучал каждую линию моего лица.
— Привет, я Фелисити, — улыбнувшись, вымолвила.
Но в ответ я ничего не услышала. Девочка лишь продолжала обнимать меня, не поднимая глаз.
— Бедняжка два года назад потеряла дар речи. Сколько бы врачей не приезжало к нам, все лишь в недоумении пожимали плечами. Надеюсь, это лишь особенный этап взросления.
Ох, не ври мне, Давид. Я чувствую твое напряжение, появившееся именно сейчас. Ты что-то скрываешь, прикрываясь ложными предположениями.