Нашу миловидную перепалку сбил звон серебряной ложки по бокалу. В конце зала в окружении заинтересованной толпы стоял обворожительный мужчина в официальном костюме, что с добротой в глазах осматривал гостей. Сомнений не было: галантный, манерный и спокойный мужчина приходится отцом Эдди.
— Дамы и господа! Я безумно счастлив видеть здесь каждого из вас. Безусловно, сегодняшний день показывает, как далеко мы продвинулись в этом нелегком деле. Я уверен, что в нас достаточно смелости и целеустремленности, чтобы продолжать вместе работать рука об руку и делать этот мир лучше. — Торжественно вещал Теодор Блек, оглядывая каждого стойким взглядом.
Завороженная сходством сына и отца, я пропустила мимо ушей дальнейшую речь. Острая массивная челюсть, смуглое лицо и черные, глубоко посаженные глаза. Его образ всячески старался внушить деловитость и серьезность. Тщательно уложенные гелем волосы придавали виду излишнюю педантичность. Я всячески старалась найти хоть малейший изъян: волос на идеально выглаженном пиджаке, след от соуса на щеке, крохотное желтое пятно на рубашке. Тщетные попытки не принесли результата. Он стоял прямо, словно выточенная из камня статуя.
— Хотел лично рассказать, но, боюсь, Давид мог меня опередить, — внезапно заговорил Эдди, привлекая мое внимание.
— Да? — я перевела заинтересованный взгляд на юношу.
— Нортвилл маленький город, но, благодаря своей истории и красоте, привлек в одно время отца. Тот спальный район, в котором ты поселилась, отстроен благодаря его усилиям.
— Так вот почему в свое время мои глаза так округлились от цен, — саркастично ответила я, прихватывая с подноса официанта бокал с шампанским.
— И все же ты приобрела там дом.
— Может, ты подумаешь, что я и в правду очень удачливая, но дом я смогла приобрести по приемлемой цене. Не понимаю, как его не купили раньше, — я сделала небольшой глоток.
— Хороший вопрос, — изменившись в лице, Эдди перевел недовольный взгляд на женщину, подошедшую к Теодору.
Заметив золотоволосую диву в синем платье, мое лицо также исказилось, но уже в гримасу ужаса. Окидывая потерянным взглядом людей, Нора присела на стул. Как же мне хотелось верить, что эта женщина являлась редким гостем в особняке, но все кричало об обратном.
— Твоя мама? — С горечью заключила я.
— К сожалению, — он схватил бокал со стола и сделал отчаянный глоток.
— О чем ты?
— Ты, наверное, голодна? Хочешь попробовать эти закуски, пока все не сели за стол?
— Опять увиливаешь от ответов? — Недовольно пробурчала я в ответ.
— Лишь держу свои обещания. Все ответы после мероприятия.
Как бы я не пыталась сопротивляться правилам игры, попытки были тщетны. И, раз полпути уже пройдено, сбегать было бы уже нелепо.
— Хочу ту, что с рыбой, — я аккуратно указала на одну из закусок.
Эдди бережно ухватил тарталетку с рыбой и поднес к моему рту.
— Серьезно? Я не стану есть из твоих рук, — я бросила на юношу укоризненный взгляд, полный недоумения.
— Боишься чужих взглядов?
— И это тоже.
— Я тоже переживаю, как бы ты не откусила следом мои пальцы, но, как видишь, настаиваю на своем. — Эдди с вызовом приподнял бровь.
Закатив глаза, я все-таки приняла еду с его рук, ловко откусывая половину закуски. Оценив насыщенный вкус, я урвала пальцами из рук Эдди оставшуюся половинку. Юноша не сводил взгляда с моего лица. Тоска охватила каждую клеточку тела, погружая в сладкую волну ностальгии.
Джон появился совершенно незаметно. Его спутанные волосы в сочетании с ярко алым пятном на рубашке вызвали у меня удивленный вздох. Предо мной стоял совершенно другой человек. Еще мгновение назад он был прилежен и учтив, но сейчас Джон, ковыляя нелепой походкой, пролепетал подобно деревенскому мальчишке:
— Скорей к общему столу, господа.
Эдди сконфуженно кивнул. Его темные глаза пробежались по одеянию альбиноса и округлились, отражая испуг. Предложив руку, он повел меня к родительскому столу. Я мельком взглянула на отца Эдди. Теодор с ядовитой злобой в глазах смотрел на младшего сына.
Рядом с Теодором Блеком, что вежливо приветствовал гостей, все также находилась статная жена. Под холодным женским взглядом даже у меня проскакивали мурашки. Ее строгое выражение лица, лишенное детской припухлости, смотрело вдаль стеклянным взглядом. Казалось, что груз всей семьи лежал на ее плечах, добавляя внешнему виду угрюмость и усталость. Конечно, она была красива, элегантна и во многих чертах была похожа на мужа. Эдди взял самое лучшее от своих родителей. Но от кого же унаследована такая нежная миловидность близнецов? Их красота казалась внеземной, чужой, отличавшейся даже от собственных родителей.