Мы подошли к родителям вплотную. Я всеми силами старалась избегать зрительного контакта с женщиной, опасаясь нового приступа. Но, как мне показалось, мать семейства ни к кому не проявляла интереса. Эдди крепче прижал меня к себе.
— Отец, моя спутница, Фелисити.
— А я все гадал, когда же ты познакомишь нас с этой очаровательной девушкой, — мужчина устремил на меня взгляд, пропитанный отцовской любовью, создавая сильнейший контраст на фоне жены.
— Фелисити, это мой отец, Теодор Блек.
— Можно просто Тед, — мягко поправил отец своего сына.
— Рада знакомству. Ваша речь была впечатляющей, — слукавила я.
— Формальности. Но, смею сказать, дела намного приятнее вести за бокалом хорошего виски, нежели в окружении стопки бумаг. Вы так не думаете? — он звонко рассмеялся.
— Конечно.
И снова ложь. К алкоголю я была безразлична, несмотря на то, что временами он манил меня. Кто знает, может бокал крепкого вина подействует на меня более успокаивающе, чем Эдди со своими чарами.
После короткой светской беседы все заняли свои места. Эйлин в сопровождении Джона присела напротив нас с Эдди. Мать с отцом во главе стола. На белом раннере в ряд расположились свечи в золотых канделябрах. Официанты двинулись с места. На столах появились первые блюда. Аромат доносился отовсюду. Он призывал увлечься трапезой, забываясь в утонченной мелодии. Всевозможные человеческие эмоции сгущались. Подобно назойливому смогу, они старались припасть к моей коже. Я не могла уловить их. Аура Эдди преобразовалась в защитный купол, не позволяя липкости достать меня.
Тело мгновенно онемело, как только пред собой я увидела перевязанную ладонь. Предо мной стоял мужчина, одетый в форму официанта, что ранее напал на меня в заброшенном доме. Наши взгляды пересеклись. Уложенная шевелюра блеснула под люстрой. Глаза выдали замешательство, страх. Спешно поставив передо мной тарелку с горячим, мужчина ретировался.
— Фелисити, расскажите нам о вашей работе.
Мой взгляд перескочил на Теодора. Потрясенная неожиданной встречей, я едва ли могла вымолвить хоть слово.
— Она работает в одном из книжных магазинов, — ответил за меня Эдди.
Я смущенно потупила взгляд. Из уст обеспеченного юноши мое место работы прозвучало нелепо.
— Нечего стыдиться, леди, — с мягкостью обратился ко мне Теодор. — Я бы и сам не прочь отступить от важных дел, скинув все задачи. Надеюсь, в скором времени я смогу позволить себе отдых, — вымолвил он, глядя на Эдди. В его глазах отразилось неподдельное уважение. Старший сын ответил кротким кивком.
Переглядку нарушил звонкий лязг. Джон, распластавшись на стуле, обронил бокал. С невозмутимым видом, он вернулся обратно к трапезе. Члены семейства не оказали должного внимания сцене. Лишь Нора, словно очнувшись от крепкого сна, перевела взгляд на стекла. Эйлин жестом подозвала официанта. Тот, встрепенувшись, подбежал и принялся собирать осколки.
— Эдди оповестил меня, что вы переехали в одно из моих творений. Как вам планировка?
— Изумительная! — Нервно воскликнула я.
— Я рад, что вы остались довольны.
— Интерьер также бесподобен. Ваша жена очень талантлива, — я исподлобья взглянула на Нору. Мы погрузились в неловкое молчание. Эдди потупил взгляд, близнецы сжались на своих стульях. Лишь Тед с необъяснимой улыбкой посмотрел на свою жену.
— Нора, тебе следует поблагодарить гостью за комплимент.
Женщина резко встала из-за стола, о чем оповестил мерзкий лязг стула об пол. Мой рот раскрылся в изумлении. Белая фигура удалилась.
Музыка заиграла громче. Люди, смочив языки, покинули места. Натянутые улыбки, громкий смех, мельтешащие официанты. Мужчины прихватили дам за руки, облаченные в кружевные перчатки. В такт симфонии люди пустились в танец. Эдди, окинув меня взглядом, протянул руку. Мои глаза забегали. Меж нами произошел немой разговор, где он вновь приободрил мое нутро. Сдавшись, я вложила ладонь в его руку.