По телу прошла дрожь. Сердце предательски сжалось, после чего последовало опустошение.
— С чего бы мне тебе верить?
— Я понимаю, что не внушаю доверия. Но, милая, видеть во мне главного злодея твой выбор. Разве я давал на то тебе повод?
— Значит, Нора больна не по твоей вине?
— Нора больна по своей глупости. По этой же глупости погибла и твоя мать.
— Как удобно перекидывать свою вину.
Он прищурился, горько усмехнувшись.
— Твоя мать сама решила уйти. Если бы я мог, то остановил ее.
—Ложь. Она не могла так поступить.
— Я был шокирован не больше тебя.
— Ты просто дуришь мне голову!
— Твое право так считать.
— Я хочу уйти отсюда!
— Уйдешь. Но для начала нужно разобраться с одной маленькой проблемой. Ты начинаешь угрожать моей семье, а я не позволю разрушить то, что выстраивал так долго.
— Это твоя семейка втянула меня в это… — в упадке сил пробормотала я. — Втянули маму…
— О нет, милая. Она сама втянулась в это.
— Что…? — рассудок мутнел, голова раскалывалась, словно на мою голову надели кастрюлю и безжалостно били по ней, что есть силы.
— Я искренне любил ее. Разве в таком кто-то может обвинять меня? Я хотел ей дать все, даже после разлуки. Достаток, заботу, любовь... Но вы, женщины, так неблагодарны. Берете, что необходимо и выбираете нищую партию для семьи. Оправдываетесь тем, что хотите просто спокойной жизни. Маргарет знала, что я способен влиять на ее чувства. Но осталась ради ответов. А может ради тебя. Но как мне известно, все заработанные ею деньги ушли на покупку дома, верно?
И тогда в моей голове появилась ясность. Картины в особняке изображающие сказочный луг, красочные сны о счастливой паре и неизвестная мне связь между Маргарет и Теодором. Сны, приходящие ко мне в ночи были, что ни на есть настоящие воспоминания покойной матушки, дар которой, увеличенный стократно, поселился в моей душе. Это были не предсказания, не иная параллельная реальность, а отголоски минувшего прошлого.
— Поначалу мы были очень близки. Она мечтала о семье, о совместных путешествиях. Но Маргарет разрушила наши отношения своей любовью к свободе. Неужели не ясно, что каждый мужчина ревнив и властен. А ее легкий нрав притягивал все больше внимания и почитания, но ей было плевать! Носилась с Генри как мать Тереза, жалела его из-за потери родителей.
Я сморщилась при упоминании отца.
— И стоило мне назвать его гнилым слабаком, как Маргарет тут же направила на меня свой гнев. Мужчина обязан быть сильным, а ее постоянная забота лишь унижала нас обоих. Впрочем, позже она наверняка пожалела о своем выборе. Я был очарован ей до тех пор, позволил работать на себя, отстроил домик в надежде, что она опомнится, и мы снова сможем быть вместе. Ох, даже завел жену среди своих подчиненных, чтобы вызвать ревность. Думал, раз уж ей так важна семья, заведу ребенка, покажу какой я примерный отец. Но в итоге лишь больше таял при ее взгляде на Эдди. Она так носилась с мальчишкой, словно он был ей родной. Но я был благодарен судьбе за мгновения, где мог ощутить себя частью ее семьи.
— И тогда ты начал ей угрожать? Подсыпать таблетки?
— Какие грязные методы. Мне было достаточно лишь приказать, — с самодовольной ухмылкой произнес он.
— Она бы не послушалась тебя.
— Ты так думаешь? — Он снисходительно улыбнулся.
— Ты просто обезумевший псих!
— Безумный мужчина всегда становится таковым по воле женщины, дорогая. Вам не понять, как бывает сильна мужская любовь.
— Твоя любовь разрушила ее.
— Маргарет разрушила собственная глупость! — строго проговорил Теодор, возвышаясь надо мной. Глупая женщина, работала на износ. Искренне помогала каждому, кто в ней нуждался. Ее же эмпатия ее и погубила! — мужчина устало потел переносицу. — И твоя влюбленность так же выжжет твою сущность.
— Я не влюблена.
— Правда? Как жаль, что ты позабыла о том, как молила меня снизить нагрузку на Эдди.
— Этого не было!
Пред ликом возникла картина, как в зеркале на меня глядела девочка с дрожащими коленками. Она обязана защитить его. Кого? Я согнулась пополам от резкой боли в голове.
— Тебе было интересно, почему при попытке узнать что-то у Эдди, он выглядел настолько болезненно, Фелисити? Как жаль, что твое недоверие помешало тебе сотворить чудо. Но знаешь, я благодарен тебе. Мне нужен сотрудник, что способен внушить любую эмоцию человеку. Пожалуй, этот дар полезнее моего.
Мой разум не смог выдержать такого эмоционального всплеска. Тело дрожало, ныло, молило, чтобы все муки окончились. Но в последние минуты силы иссякли. Перед потерей сознания я лишь ощутила, как по губам из носа стекала алой струйкой кровь.