«Это был синяк. Болячка», — пояснила я.
«Это тебе очень шло».
Странные предпочтения в красоте, надо сказать. Ну, да на вкус и цвет, как говориться.
«Вчера я видела охотницу».
«Знаю. Твое рассеянное сознание вело себя очень странно. И защищать трудно, и напасть нелегко. Словно в твоей голове пусто».
«Это хорошо?»
«Это было странно».
Под легкий топот шести мохнатых ног моего охранника мы вошли в столовую.
Народу сегодня было мало. Двое из «халатиков» быстро уплетали завтрак. Орлов-младший обнаружился за столом с чашкой кофе. Он кивнул на стул рядом с собой и выжидательно уставился на меня. Ладно, сяду. Молодец, что не приставал вчера. Стыдиться нечего.
Передо мной тут же возникла тарелка каши со свежими ягодами и чашка чая.
— Ты сегодня выглядишь намного лучше, — как всегда, по-доброму улыбаясь, произнес мой любимый повар.
— Бармакульки есть?
Жуткий голос тхеда громогласно разнесся по столовой, напугав всех, в том числе и меня.
— Н-нет, — тут же отозвался Жан, и перед тхедом появилась огромная миска с толстыми кусками жареного мяса. Животина невероятно грустно вздохнула, и тут же принялась с аппетитом уплетать угощение.
— Чаю, кофе, воды? — участливо спросил шестинога Жан.
— Пива. Ведро.
«Ты не поплывешь?» — тут же насторожилась я, всерьез опасаясь за свое психическое здоровье.
«Мы не пьянеем, — тон был осуждающий. — Пиво поможет мне переварить вашу пищу. Это дополнительный фермент».
Жан-Мишель все еще сомневался в заказе, но я кивнула, и он тут же отправился опустошать холодильник.
«А что такое бармакульки?»
«Мясные плоды. Откусишь такой - а из него сок так и течет, и кровь в разные стороны брызжет. Объедение!».
Лучше бы не спрашивала.
— Где народ? — поинтересовалась я, когда «халатики» быстро слопали завтрак и умчались.
— Прорыв, — ответил Влад. — Сегодня ночью.
День предстоял интересный. Я как бы никогда и не жаловалась - скучать в этом местечке не приходилось. Но что-то подсказывало - неспроста к нам лезут «гости». Званный мог выпустить монстров, чтобы отвлечь ВэВэ, подобраться ко мне и… И что сделать? Выйти мне из этого заточения все равно не дадут, меня бдят, как национальное достояние. Тогда вопрос - зачем Званному охотник, если мой мозг все равно отсюда не выберется?
Было странное ощущение, что я вот-вот найду ответ, но одна очень важная мысль все время ускользала, и это сильно раздражало.
— Позовешь, когда буду нужна, — я решительно отодвинула нетронутую кашу и поспешила исчезнуть, пока Влад не начал задавать вопросы.
Сегодня я дежурный учитель, а значит, первоклашки во время прогулки на мне. Я люблю детей, когда занимаюсь с ними один на один, ну, максимум в кабинет школьного психолога приходят трое, но когда целый класс - это неимоверный напряг. Всегда восхищалась, и восхищаться буду любым учителем. Это люди с нереально устойчивой психикой, раз могут вести уроки в течение целого рабочего дня.
Я так не могу. Я зверею, когда свора ребятни орет, визжит и скачет. Приходится применять меленькие хитрости, в частности, говорить, а точнее, рассказывать сказки. И тогда все тридцать человек обступают меня и, сопереживая героям, скачут, орут и визжат, но в пределах моей видимости. В школе меня считают непревзойденным рассказчиком. Не знаю, наверное, так оно и есть.
На улице удивительная погода. Вроде зима, а солнце такое ласковое, щедрое на тепло, что хочется снять шапку, расстегнуть пальто и пройтись по аллее, дыша чуть морозным воздухом. Но нельзя. Тут нет аллей, лишь школьный двор, да и раздеваться перед оравой шестилеток не стоит - повторят же, поди потом, заставь каждого одеться.
Скучно, как же скучно жить!
Из окошка закрытой веранды на меня смотрел знакомый до тошноты пейзаж - зеленая лужайка, шириной метров в десять, высокий кирпичный забор и пушистые ели за ним. Лес. Это я поняла, когда в последний раз мне удалось пробраться к черному входу и почти вырваться на свободу. Свобода в лесу… Даже если я и смогу однажды сбежать - в какую сторону идти? Над этим нужно поработать. Хотя, можно и так попробовать - там, по любому, ждут человечки Званного. Ну, или не совсем человечки…
Вздохнула, расслабилась и решила пойти ва-банк - вызвать охотницу. Кто знает, может, Званный и есть мой спаситель? Не будет же и он держать меня под замком?