— В следующий раз, когда ты достигнешь вершины, ты выкрикнешь мое имя, девка, — рыкнул Волдеморт, вонзая ногти ей в кожу. Тяжелые вздохи Гермионы послужили ему единственным ответом.
— Отвечай мне! — прошипел он.
— Д-а, — выдохнула Гермиона, — да, — она вздохнула, — мой, — еще один вздох, — Лорд.
Она тяжело дышала и была уверена, что больше вообще ни на что не способна, не говоря уже об еще одном оргазме. Она была полностью выжата. Ее даже не заботило, что он все еще был твердым, и если она не позаботится о его удовлетворении, их сделка закончится ее проигрышем и умрут люди. В данный момент единственным, что ее заботило, был отдых, - возможно, сон. Да, именно идея о сне казалась особенно притягательной. Она закрыла глаза.
— Круцио!
Волдеморт блаженно застонал, когда Гермиона сжалась вокруг его члена. Он не снимал проклятие довольно долго, наслаждая ощущениями сокращения ее внутренних стенок вокруг него, пока Грейнджер срывала голос от боли.
— А теперь, когда ты снова пробудилась, — легко проговорил он, снимая заклятие, — советую тебе уделить немного внимания своей работе, моя маленькая шлюшка, или я продолжу держать тебя под круциатусом, пока твои судороги не приведут меня к разрядке. Но в таком случае я не засчитаю это твоим успехом. Все ясно?
— Кристально, — ответила Гермиона, больше не ощущая сна ни в одном глазу, в то время как все ее тело содрогалось от последствий проклятия.
— Прекрасно.
Опершись одной рукой, он возобновил толчки, в то же время его глаза неотрывно следили за ее лицом, а рука накрывала грудь, резко сжимая и царапая ногтем напрягшуюся вершину. Гермиона не отводила взгляд, она встречала этот пронизывающий алый взгляд так же, как встречала глубокие проникновения внизу — с решимостью. Ее ноги обвили Лорда и притягивали ближе каждый раз, когда он вбивался в нее, а стенки влагалища сжимались вокруг члена, когда он выскальзывал, стараясь удержать, даря ему ощущение самого удивительного трения в его жизни. Она вздрогнула, когда Лорд ущипнул ее сосок. Выражение экстаза на грани боли очень шло ей, и Волдеморт прекратил контролировать свою магию, поглощавшую девушку со всех сторон. Ее глаза затуманились, и она резко втянула воздух, ее рот округлился в маленькое «О», которое, как чувствовал Лорд, ему просто необходимо было поймать. Его губы накрыли ее, и его язык скользнул внутрь. Гермиона застонала, наслаждаясь соприкосновением их языков, его силой и напором. Она тонула в его магии, каждая клеточка ее тела была в его распоряжении, и она хотела, чтобы он делал с ней все, что пожелает.
— Моя девочка, — выдохнул он, чувствуя, что разрядка приближается, — кончи для меня, маленькая грязнокровка.
Гермиона застонала, не замечая оскорбления, все ее тело будто горело.
— Кончи для своего хозяина! — приказал Лорд, едва сдерживаясь. — Сейчас!
И он потер большим пальцем ее клитор, посылая Гермиону за грань.
— Мой Лорд! — выкрикнула она, когда все ее тело сотряслось в экстазе. Он кончил сразу после нее, и его спина выгнулась, когда он излился глубоко внутри нее, и за его семенем последовала волна магии. Глаза Гермионы закатились, когда она выгибалась, чтобы вместить всю ту чистую мощь, которая вторгалась в нее, касалась каждой клеточки ее тела и дарила изысканное наслаждение, пока наконец не достигла сердца и не пронзила его. Глаза Гермионы распахнулись от боли, и она снова закричала, отчаянно забившись.
— Остановись! Пожалуйста, остановись! — испуганно выкрикнула она.
Его холодные глаза не приносили успокоения. Она сражалась с болью, стараясь удержать ту силу, которая врывалась в сердце, так как была уверена, что эта сила убивает ее. Губы Волдеморта прижались к ее собственным, и он укусил ее. Этот внезапный маневр отвлек ее, заставив сдаться. Она вздохнула, всхлипнула, а затем, изнуренная, распласталась на полу. Лорд перекатился и лег рядом. Подперев голову ладонью, он вглядывался в ее потное, обессиленное лицо. Ресницы Грейнджер дрожали, она боролась с подступающей потерей сознания. И побеждала.
Его маленькая, сильная ведьмочка.
Гермиона сглотнула сухой комок, образовавшийся в горле, и уставилась в полное триумфа лицо, нависающее над ней. Беспокойство снова свернулось у нее в груди. Что он сделал?
— Мои поздравления, моя дорогая. Кажется, ты выполнила свою часть сделки, твой персонал будет жить, — ровно проинформировал ее Волдеморт, почти любовно убирая прядь влажных волос с ее лба. Этот нежный жест заставил Гермиону заволноваться сильнее, чем любая пытка, которую он мог применить.
— Но ты такая взвинченная, дорогая. Возможно, пришло время покончить с любезностями? — спросил Лорд, взмахивая кистью и призывая палочку. — Давай поговорим о твоей судьбе, ты согласна, Гермиона Джин Грейнджер?
Она почувствовала его магию и не могла остановить это, даже если бы в сопротивлении был смысл. Черты ее лица изменялись, глаза становились карими, структура кости возвращалась в нормальное состояние, волосы как будто взорвались, и ее потное лицо утонуло в море непослушных каштановых кудрей. Лицо, которое уже долгие годы не смотрело на нее из зеркала, но зато глядело на нее со всех афиш мира, изображающих разыскиваемых преступников.
— Да, однозначно гораздо больше тебе подходит, — небрежно проговорил Волдеморт, его глаза оценивающе обежали ее облик.
— Что ты со мной сделал? — прошипела Гермиона. Темный Лорд ухмыльнулся.
— Я трахнул тебя, «Мадам Клео», — грубо ответил он, — и тебе это очень понравилось, не так ли?
Гермиона скрежетнула зубами.
— Ну, ну, не стоит так себя вести, маленький эмпат. Знаешь, ты очень везучая девочка.
— Да? Вау, это просто… — она пораженно тряхнула головой, — не-а, даже не нахожу правильных слов, чтобы описать твое высокомерие.
— Возможно, тебе стоит больше читать? — поддел Волдеморт и взмахнул кистью, призывая книгу.
Глаза Гермионы расширились, когда она прочла название.
— Как тебе удалось достать ее? — выдохнула Грейнджер. — Магические власти уничтожили последние копии еще в семидесятых.
— Тем хуже для них, потому что к тому времени я уже умыкнул одну из Вашингтонского музея. Хочешь прочесть, маленький эмпат, и узнать правду об истинных границах своих способностей?
Взгляд Гермионы заметался между лицом Волдеморта и книгой, ее подозрения росли.
— И почему ты хочешь оказать мне подобную услугу? Если подумать, то почему ты вообще не убиваешь мое отвратительное грязнокровное тело эмпата прямо на месте?
Волдеморт со вздохом спрятал книгу и обвил ее за талию рукой.
— Ты явно путаешь меня с представителями предыдущего правительства, мисс Грейнджер. Ты была на неправильной стороне с самого начала войны.
Гермиона фыркнула. Он пригвоздил ее ледяным взглядом.
— Ты что, действительно думаешь, будто Фадж или Скримджер позволили бы тебе жить, если бы узнали, какими силами ты обладаешь? Фадж, — Волдеморт презрительно фыркнул, — который до смерти боялся, что Альбус Дамблдор займет его драгоценное место министра, и действовал так, будто старик выказал хоть минимальное стремление к этому.