Я следую за ними, пока ребята идут через весь кампус к одному из домов братства. Мелоди не одета в обтягивающий наряд, как большинство пришедших сюда девушек, но она все равно привлекает внимание, будто маяк в темном океане. Она уникальная. И тот факт, что она здесь, спустя две недели после зверского убийства родителей, невероятен, разве только Мелоди сильно изменилась. Разве только она позволила зимнему холоду покрыть льдом внутреннее тепло и теперь стала как я... безразличной.
Клайв никак не может прекратить насиловать ее взглядом, пока девушка, кажется, чувствует себя некомфортно, переминаясь с ноги на ногу, прижав руки к бокам и разглядывая все вокруг, кроме самого Клайва. Она толкает локтем в предплечье упыря и указывает на сумку, что держит его друг. Он тянется к ней и достает бутылку. Все они обходят дом и оказываются на заднем дворе, где и разыгралась вечеринка. Я смешиваюсь с толпой парней, которые смеются и свистят вслед девушке в полупрозрачной майке, ее сиськи выставлены на обозрение, напоминая мне, что не трахался уже пару недель, и мне нужно выпустить пар. Я остаюсь в тени, наблюдая за тем, как Мелоди берет красный стаканчик у парня с кеглем пива. Затем она выпивает шот, что принес приведший ее сюда урод, отмахивается от его супер-назойливой руки и качает головой, глядя на него. Он удивляется, будто какая-то телочка, и предлагает ей еще один шот. Мелоди выпивает его залпом и передает обратно пустую рюмку. В нашем департаменте есть офицеры, которые проводят беседы в старшей школе о возможных последствиях принятия открытого алкоголя от других людей на вечеринках. Мелоди относится легкомысленно к своей безопасности, и меня это раздражает. Тот факт, что меня это раздражает, раздражает еще сильнее. В горле дерет, но я сосредотачиваю свою энергию и отталкиваю это чувство куда подальше. Пришедший с ними друг, кажется, приклеился к бутылке, наблюдая за Клайвом и Мелоди, тогда как я ожидаю подходящего момента, оставаясь в стороне и ожидая.
В таком же духе время тянется еще добрый кусок ночи. Ее цель очевидна – напиться, так что все они получают свое, находясь здесь. Лучший друг Клайва едва держится на ногах и, кажется, вот-вот грохнется в бассейн. Я нахожу главу братства и предлагаю ему заставить ублюдка отвести своего друга домой, пока он не устроил тут инцидент и не поверг в какое-то дерьмо весь дом. Он благодарит меня за предусмотрительность и направляется к Клайву, бросая ему свои ключи от машины.
– Возьми мой грузовик и завези своего приятеля домой. Он в говно.
– Конечно, мужик.
Я качаю головой и следую за ними к передней части дома, делая вид, будто собираю тарелки. Клайв заталкивает друга в машину и оборачивается.
– Ты идешь, Мелоди?
Я подхожу к ней сзади и обнимаю одной рукой за плечи. Ее тело напрягается от моего прикосновения.
– Скажи, чтобы вернулся за тобой.
Ее дыхание учащается.
– Вернись за мной, – произносит она, задыхаясь. Он прищуривает глаза и постукивает пальцами по ноге.
– Почему бы просто не поехать со мной? Мы можем найти место потише. Поговорить и все такое.
«И все такое», мелкое ссыкло.
– Просто вернись за мной, – настаивает она.
– Тогда не сходи с места, – приказывает он перед тем, как вздохнув, запрыгнуть в грузовик и умчаться.
Ее тело вздрагивает под моей рукой.
– Эй, успокойся.
Я поворачиваю девушку лицом ко мне. В ее глазах стоят слезы, грудь вздымается от глубоких вдохов. Зеленые глаза всматриваются в мое лицо, голова наклоняется, а затем она поднимает руку, собираясь дать мне пощечину.
– Ты не можешь просто подходить к людям вот так, мудило.
Брови Мелоди приподымаются, когда перехватываю ее запястье в дюймах от моего лица. Теперь она задыхается, взгляд устремляется к моим глазам, а затем опускается к губам, и ее язычок выскальзывает, чтобы увлажнить собственные губы. Я отпускаю ее запястье и отступаю.
– Я остановил тебя от глупости.