– С любящей и заботливой матерью? – перебил Алекс. – Отлично.
В Николае он не сомневался. Пацан умел врать получше матери, а гнуть свою линию и уходить от расспросов у него получалось не хуже, чем у отца. Алекс один раз в аэрокаре сказал, что сын имеет право не распространяться о домашних делах, и ничего особенного не произошло. Коля кивнул, значит, понял и усвоил.
– Не смеем вас задерживать. В актовом зале весь день будут идти лекции и мастер-классы для родителей и опекунов наших учеников. Психологи, педиатры, другие врачи. Пообщайтесь с ними. Для блага вашего сына! – Ольга Александровна всё-таки сорвалась на крик.
– Благодарю. – Алекс спокойно поднялся и вышел.
Возле двери перешёптывались матери и отцы, все как один профессиональные опекуны, которые боялись таких встреч как огня. А вдруг их признают непригодными для заботы о собственном ребёнке и лишат государственного пособия? Здравствуй, биржа труда и скучный труд на благо общества.
Паразиты. И как люди полвека назад справлялись с постоянной нормальной работой и детьми одновременно?
Алекс прошёл мимо них с бесстрастным, как он надеялся, лицом. В последнее время его подводила мимика. Или собственные реакции. Эмоции, давно забытые эмоции начали пробуждаться после просмотра дела «девяти блондинок». Алекс не хотел возврата к старому «Я» – тогда он начнёт реагировать на ролики-просмотры, тогда мрачный контент «Эшки» его просто убьёт. Ещё он подозревал, что тихая война в его не сказать чтобы уютном семейном гнёздышке станет слишком страстной и громкой – добром всё это не кончится.
После медицинских тестов и бесед, больше походивших на допрос, Холодов, в отличие от всех остальных взрослых в этом здании, был совершенно свободен. Но на часах лишь полдень, а занятия Коли завершатся в шесть вечера. Алекс решил завернуть в кафетерий, перед тем как засесть в аэрокаре и заняться делами. Пара чашек кофе и бутерброды ему не помешают.
На ходу Алекс постучал по обручу, проверил сообщения от «домового». Тишина. Видимо, узница ещё спит. Или встала, но решила не проверять домашнюю систему сигнализации. С работы уже и звонили, и писали, в инфосети уже болтались несколько нераспечатанных докладов от Кристиана. Алекс пока их не трогал. Не хватало ещё зависнуть в коридоре школы с рабочими файлами.
В кафе почти никого не было. Столы, стулья, цифровой перечень блюд и напитков светился возле входа. Вместо линии раздачи – железный ящик с дверцей. В нём и нужно будет забрать заказ. Алекс изучил электронное меню на стене, ткнул в несколько позиций. Омлет, блинчики, кофе. Приложил запястье к виртуальной кнопке «Оплатить счёт».
– Ваш заказ будет готов через десять минут. Ожидайте. – Скрипучий нечеловеческий голос озвучил надпись на экране.
Алекс огляделся и выбрал самый дальний столик. Он не любил информационные очки, но не здесь же разворачивать виртуальный дисплей своей личной инфосети. Пришлось достать приспособление, вполголоса отрегулировать настройки изображения. Очень тихо, еле слышно Алекс внёс в свой ежедневник два напоминания: забрать еду через десять минут, а через шесть часов – сына. Правый окуляр остался свободным, а левый стал тёмно-синим экраном.
– Сообщения с работы, – вполголоса скомандовал Алекс.
Его личный помощник не сидел всё это время без дела. Синий прислал досье на тех пациентов «Терапии», которые попали в программу до ужесточения правил доступа к информации. «Эшка» и Счастливая аналогичную просьбу де-факто проигнорировали. Ольга скинула лишь официальную сводку о программе – кажется, такая же, на три абзаца, мелькала в новостях во время запуска социального сотрудничества правительства и «Эмпатии». Ещё его навязанная напарница оставила несколько требований и жалоб на отсутствие сведений об убийце пенсионера-чиновника.
Алекс на минуту заколебался: может, и стоило отправить ей запись допроса горничной? Но, несмотря на формулировку «совместное расследование», Ольга не спешила сотрудничать.
– Отправить сообщение Счастливой. «Жду данных о терапии подозреваемой во вчерашнем убийстве и результаты вашей внутренней проверки об их утечке. Если ваши спецы не в силах найти дыры в системе безопасности, предлагаю свои услуги». Конец сообщения. – Алекс не сомневался, что вмиг разберётся, кто наживался на чужих воспоминаниях.
– Мама! – Черноволосый мальчишка чуть старше Коли вбежал в кафе и кинулся к блондинке с постным лицом. – Мама, пойдём отсюда.
Алекс снял очки. Ему всё равно уже нужно было забирать еду, так что он встал и двинулся к железному боксу.