Глава 34. Ненавижу и люблю
– У нас тут сигнал о домашнем насилии! – Кристиан верещал по интеркому.
Алекс летел в аэрокаре домой с твёрдым намерением помириться с женой – странный побочный эффект после спонтанного секса с другой женщиной. Чувство вины? Ему не терпелось расспросить об этом Синего, но много ли тот знал о противоположном поле? Алекс не помнил регламента поведения служащих министерства, но был уверен, что одна-другая обтекаемая формулировка насчёт близких контактов с напарниками из других организаций там точно есть. Лесной, конечно, поржёт, может, даже руку пожмёт, но по головке за такое не погладит. Их обоих могут отстранить от дела ввиду излишней личной заинтересованности друг в друге, а не в расследовании.
Слишком много было спонтанных решений для Железного Алекса, как иногда его звали в МИТе. С ним что-то происходит, и подручному не надо об этом знать. Обойдётся пока без лишних подробностей. На секунду Алекс задумался, как там Счастливая? Под ложечкой начало тянуть, не переборщил ли он с наказанием и исправлением? Он ещё относительно понимал тех, кто покрывал тёмные делишки «Эмпатии» из бескорыстной любви к денежным знакам. Но Ольга со своей звериной преданностью совершенно бесчеловечной технологии его бесила.
Всё это время Кристиан захлёбывался и тараторил на пониженном уровне громкости, Алекс вздохнул и заставил себя сосредоточиться на речи помощника.
– Заочное судебное разбирательство в ускоренном порядке, – не мог упокоиться тот.
– А я тут при чём? – Алекс не понимал встревоженности Синего.
Дзинь. Дзинь. Дзинь.
– Вы приговорены к административному штрафу, – в изумлении прочитал вслух Алекс. – Вам запрещено приближаться к Холодовой М. П. и Холодову Н. А. Вы разведены с Холодовой М. П. Порядок общения с малолетним Холодовым Н. А. рассмотрят в особом порядке с участием представителей спецкомиссии органов опеки и управления образования вашего муниципального округа.
– Я звонил тебе полдня, – взвыл Кристиан. – Тебе нельзя домой. Иначе в дальнейшем совсем запретят общаться с Колей.
– Как-то слишком молниеносно для страны с многовековыми бюрократическими традициями. – Алекс впервые за много лет растерялся.
– Три свидетеля. Балтенко, его родственник и какая-то старуха из Посёлка. Балтенко теперь большой человек, ты же в курсе. – Кристиан наконец замолчал.
– Ерунда. Я поговорю с Мариной, она успокоится и оценит все преимущества законного брака с экспертом МИТа. Начнём с того, что дом в Посёлке выдали не ей, а мне. – Алекс не знал, а чувствовал, что доводы логики в этот раз окажутся бесполезными.
– Тебя выселили оттуда, – прошептал Синий. – Слишком много скандалов для райского уголка за последнее время, и все они связаны то с Мариной, то с тобой.
Дзинь.
Прилетело ещё одно уведомление – теперь о выселении. Срок исполнения – двадцать четыре часа, по истечении – аннулирование пропуска. Отдельным пунктом шло напоминание о подписке касательно неразглашения о местонахождении деревни.
– Самое разумное сейчас – вернуться в МИТ и не накалять обстановку. Давай я пошлю курьера за твоими личными вещами? – Наверняка Кристиан уже и свои манатки притащил в кабинет шефа.
Через несколько дней оперативники опишут и классифицируют всё изъятое у «Эшки», и на работе придётся поселиться.
– Будь на связи, – сказал Алекс и отключил интерком.
Посмотрел на навигатор, лететь осталось полчаса. Марина не могла знать о дне в гостинице с Ольгой. Алекс не был уверен, что она отреагировала бы на такую новость, даже если он лично привёз бы ей фото и видео супружеской измены. С неприятным удивлением он понял, что у него горят щёки и шумит в голове. В жар бросило, и жилка на виске бьётся. Видимо, давление поднялось из-за стресса. У него! У человека, который любые ролики-впечатления самого чернушного содержания переживал без эмоций, даже без брезгливости.
Ни Марины с сыном, ни их вещей в доме не оказалось. Алекс прошёлся по каждой комнате, заглянул в подвал и на чердак. Остановился в ванной – пустые полки без средств ухода и косметики супруги выглядели покинутыми и одинокими. В комнате сына – идеальный порядок, какого тут отродясь не было. С завалами игрушек не справлялся даже дроид-уборщик. Однажды он застрял в комке одеял и подушек на полу, и Алекс с Мариной искали робота-помощника почти сутки. Мальчик только пожал плечами – он строил крепость, а не очень умное устройство не рассчитало свои силы в штурме.
Как же всё это было, оказывается, мило и забавно. Почему я воспринимал это как должное? И почему сейчас переживаю из-за этого? Если бы я был машиной, отправил бы себя на техническое обследование. Что-то во мне вышло из строя.