«Я» означало «мы», что могло бы быть девизом сети «Эмпатия». Все победы были его личными, а вот поражения Алан персонализировал. Ольга сдвинулась на десять сантиметров, чтобы ещё один прозрачный куб не попал ей в плечо.
Он был экспатом из Латинской Америки или Африки. Никто точно не знал, сколько ему стукнуло, то ли восемьдесят, то ли все сто, но со стороны он казался сорокалетним. Самый популярный внешний возраст на той части земной суши, где продолжительность жизни теоретически составляет сто двадцать лет. А пластическая хирургия доступней воды из-под крана, как и биотехнологии.
Точно было известно, что в каждой точке земного шара, где вспыхивали войны и революции, отметился Алан. Он изучал людей, разбирал их на запчасти, вскрывал черепа и экспериментировал с лобными долями руководителей стран и лидерами повстанцев. Поэтому находился в розыске в каждой второй стране мира. Зато в России был самым влиятельным среди известных людей, после президента, разумеется. Переехал сюда десять лет назад, примерно тогда в первый раз засветился в инфосети с рассказами о новой виртуальной реальности, которая будет ярче и привлекательней, чем сама жизнь. И сам же её и создал.
– Ещё раз. Объясните мне, как так получилось, что зарезали девчонку, а сдох парнишка в пятистах километрах от неё. – Красный замер в ожидании.
– Электромагнитные волны оказались в сотню раз мощнее стандартной величины, – проблеяла Счастливая. – У всех жертв инцидента были новые обручи для приёма сигнала «Эмпатии» с неисправными предохранителями.
– Об этом я в курсе. – Алан уставился на неё, как голодный волк на отбившуюся от стада упитанную овцу.
– Излучение затронуло другие участки мозга. Те, которые не задействованы в приёме-передаче раздражителей. Обычно не задействованы. Площадь поражения выше стандартной в десять раз. Мозг реципиента в момент гибели ровно на минуту стал точной копией разума донора. Те же нейроны, те же реакции. Дмитрий Никифоров на шестьдесят секунд превратился в Арину Мышкину. Он поверил, что умирает. И умер. – Ольга кратко пересказала доклад отдела техники мозга на сто страниц.
– Это шикарно. Запредельный уровень эмпатии. Над такой степенью достоверности я бился десять лет. Кто этот чёртов гений? Кто воссоздал чужую личность? Это же не просто зрение, слух и тактильные ощущения, это, чёрт возьми, подкорка, подсознание, глубокие слои личности, строительство новых нейронных цепей! – Красный уважал и ненавидел злоумышленника одновременно.
– Запросы в техподдержку зарегистрированы отсюда. – Марк занервничал.
– Из офиса «Эмпатии»? – Корпорация занимала целый небоскрёб, но Алан был уверен, что в него и мышь не проскользнёт.
– Из вашего кабинета. За полчаса до атаки. Цепочка сигналов шла из Австралии, – добавила Ольга.
– И на этом можно расходиться, – фыркнул Красный.
Континент пустынь и кенгуру законсервировался лет сорок назад. В прямом смысле. Австралийцы накрыли землю и прибрежные волны полупрозрачным куполом непонятного состава и отгородились от мира с его страхами и волнениями. Из-за плотного барьера ни туристы, ни мигранты, ни армейские отряды не добирались до берега. Что там происходило, никто не знал. Сообщения были краткими и скупыми. Марк как-то пошутил, что изобретение электромагнитного поля стало первым и последним научным прорывом австралийцев. Мол, придумали, но не поняли, как так получилось, и теперь не могут отключить. Зато их спутники работали. На них ли? Весь пиратский трафик и незаконные операции регистрировались на околоземной орбите.
– Нам пока известно о троих погибших, реакция МИТа обоснована. – Марк встал и загородил собой Ольгу.
– Я не верю. Невозможно, чтобы подписчики погибли во время трансляции на «продвинутом» уровне. «Эмпатия» – это самый безопасный способ разорвать пасть крокодилу и не оцарапаться. Прыгнуть со скалы, упасть в аэрокаре. Да мы же год проводили тесты с экстремалами, никто из наблюдателей даже на бессонницу не жаловался. Это диверсия. – Красный вернул ещё один прозрачный снаряд на стол.
В кабинете Алана был только один угол, свободный от листьев, цветов и горшков с землёй. В круглом стеклянном ящике в прозрачном физрастворе находился обугленный дроид, зафиксированный цепями посередине. У этого экземпляра на удивление хорошо сохранилось лицо. Красивое. Располагающее к себе. А вот шея, скальп, туловище без рук и ног были испещрены следами от пуль, обуглены от пламени огнемёта. На месте, где у людей располагается сердце, чернела рваная дыра. Всю электронную и синтетическую начинку выскоблили, а чучело замариновали и оставили в назидание потомкам.