Марк чувствовал себя обескураженным и немного разочарованным. Энцелада была далеко не в том состоянии, в котором он ожидал. Вместо идеального компаньона он получил сломанного робота, требующего ремонта. Но одновременно он испытывал что-то вроде любопытства к этой сложной, поврежденной машине с таинственным прошлым.
Марк поставил Энцеладу на зарядку, не выключая режим обеспечения жизненных признаков, и отправился спать. Во сне он ворочался, пытаясь вспомнить детали инструкции. Замена батареи, судя по ней, должна была обеспечить ей до семидесяти двух часов автономной работы без подзарядки. Но функций у робота было множество, многие из них, судя по всему, были повреждены временем. Инструкция упоминала о необходимости диагностики и возможного ремонта…
Утром его разбудил запах жареных яиц. Это было не просто приятное пробуждение, а настоящий шок. Встав с кровати, Марк увидел Энцеладу, стоящую у плиты. Она дожаривала яичницу, а на столе уже лежали аккуратно сложенные бутерброды с колбасой и сыром.
Энцелада повернулась к нему, её голос был прерывистым, словно механизм немного заедал:
— Вссссё, что нашлааа в холлодильнининике из продуууктов… Вот твойййй завввтрак. Приятногогогогог аппетитатттта, милыййй.
Марк, ошеломлённый увиденным, рухнул в кресло. Он не мог поверить своим глазам. Робот, старый, потрепанный робот, не просто зарядился за ночь, но и самостоятельно приготовил ему завтрак. Это выходило за рамки всего, что он мог себе представить. Его первоначальный план — просто зарядить Энцеладу и посмотреть, что из этого выйдет, — теперь казался смехотворно наивным. Перед ним стояла не просто машина, а нечто большее… что-то, что требовало дальнейшего изучения, и что, возможно, хранило в себе удивительные секреты. Завтрак показался ему самым необычным и волнующим началом дня за всю его жизнь. Вкус яичницы и сыра внезапно приобрел совершенно новый, необычный оттенок.
Марк съел завтрак, не проронив ни слова. Он сидел, погруженный в свои мысли, пораженный произошедшим. Пока он ел и собирался на работу, Энцелада сидела напротив, в полном умиротворении. Она не шелохнулась, словно находилась в режиме энергосбережения, её неподвижность была настолько полной, что Марк на мгновение засомневался, действительно ли она так выстроена.
Только когда он уже почти собрался и готовился выходить из квартиры, Энцелада заговорила, её слова вырывались прерывистыми, нечеткими фразами:
— Надеююююсь тебббеее понравился зааааавтрак… хооооорошего дня, милый… а я пооока преберусь… у теббббя тааакой беспооорядок…
При этом она даже не повернула голову в его сторону. Её слова звучали как запись, немного искаженная временем и поломками.
Уже выходя из двери, Марк, ошеломленный и немного смущенный, невольно пробормотал: — Спасибо, всё вкусно.
И захлопнул дверь за собой, оставляя Энцеладу наедине с его "беспорядком".
Третий файл
Всю дорогу до работы и на протяжении всего рабочего дня мысли Марка кружились вокруг Энцелады. Он никак не мог выбросить из головы образ старой по эксплуатации, но молодой внешности робот-женщины, готовящей завтрак и произносящей странные, прерывистые фразы. Его разум был поглощен целой бурей вопросов: что за неполадки привели к такой неожиданной активности? Какие технические возможности скрыты в её устаревшей системе? И, конечно же, самый важный вопрос: во сколько ему обойдется ремонт и восстановление Энцелады? И нужны ему такие трудности ?
Каждое выполненное задание на работе казалось Марку рутиной, бессмысленным занятием, пока он мысленно разбирал схемы, пытаясь понять, как мог старый робот функционировать столь неожиданно. Он представлял себе её внутреннюю структуру, изношенные механизмы, поврежденные провода и устаревшее программное обеспечение. Мысли о стоимости запчастей, работы квалифицированного специалиста по робототехнике и потенциальных рисках поломки уже более сложных систем заставляли его нервно теребить ручку.
Он понимал, что ремонт Энцелады может стоить ему очень дорого, но одновременно с этим не мог отбросить зарождающееся чувство привязанности к этому странному, немного жутковатому, но удивительно развитому механизму. Возможность восстановить Энцеладу до полной работоспособности, воссоздать её первоначальную функциональность, заставляла его забыть о трудностях и погружаться в мир технических фантазий. Это была не просто машина, это была загадка, которую он жаждал разгадать, несмотря на все потенциальные финансовые затраты. В этих мыслях рабочий день пролетел как мгновение.
Марк замер на пороге своей квартиры-студии. После пяти минут нерешительного топтания на месте он наконец вставил ключ в замок и вошел. Внутри царила кромешная тишина. Энцелада сидела на диване, застыв в неестественной позе с тряпкой в руке. Она не издавала ни звука, напоминая статую. Марк подумал, что батарея, видимо, села за день, и робот отключился. Взгляд на пустой холодильник немного успокоил его – значит, она не успела натворить ничего экстраординарного.