Нет. Не во что-то. В кого-то.
Глава 19. ДВЕ ПРАВДЫ
Руки Роуина молниеносно подхватили её, не давая упасть, и его взгляд тут же потемнел, как только он заметил глубокие царапины и кровавые полосы на её руках от шипов.
— Нам нужно немедленно в дом, — пробормотал он.
Прежде чем Женевьева успела сообразить, что происходит, он уже поднял её на руки и прижал к груди, неся вверх по ступеням. У главного входа он остановился, подталкивая носком ботинка одну из приоткрытых створок.
— Кольцо, оно не тёплое? — спросил он вполголоса.
Она покачала головой, и он, не колеблясь, осторожно распахнул дверь и вошёл. Его глаза пробежались по каждой детали опустевшего фойе, после чего он быстро направился в спальню, где на кровати уже ждала Умбра. Он аккуратно опустил Женевьеву на ноги и, не заперев дверь, тихо закрыл её за собой.
— Таскаешь меня на руках, как девицу в беде, ради публики? Прелестно, — прохрипела она, еле ворочая онемевшими от холода губами. Звон зубов делал сарказм почти неразличимым.
— Я же велел тебе ждать меня, — отрезал он, проигнорировав её раздражённый взгляд. — Хотя, полагаться на твоё послушание было, наверное, чересчур оптимистично.
— Я ж-ждала! Ты не п-пришёл! Мне что, надо было торчать на виду, чтобы Грейв меня зарезал? — выплюнула она, растирая онемевшие руки по голым плечам.
— И ты решила спрятаться в сугробе?
— Я п-подумала, никто не станет меня там искать. И, кстати, это сработало, — фыркнула она.
— Ты синяя, — сухо заметил Роуин. — По-моему, не твой цвет.
— Пошёл ты, — процедила она сквозь зубы.
Он едва заметно усмехнулся, прежде чем кивнуть в сторону комнаты:
— Кстати, мне не нравится, во что ты и Эллин превратили мою спальню. Я вас тут оставил буквально на день. Ты большую часть времени спала — и всё равно.
Вокруг царил полный хаос. Вся поверхность комода была заставлена её флаконами, расчёсками и шпильками. Нижнее бельё свисало с изголовья кровати, ленты от корсета валялись на полу рядом с кучей обуви. На ковре красовалось пятно от губной помады, которое она, кстати, пыталась вывести перед балом.
— Всё не так уж плохо, — буркнула она. — У меня дома вообще пола не видно.
— Чёрт побери, — пробормотал он.
— Если ты собираешься ворчать весь остаток ночи, я лучше снова пойду мёрзнуть, — проворчала она. — И вообще, где ты был?
Как ты мог оставить меня одну, когда меня чуть не нашёл Грейв?
— Нужно было кое-что уладить, прежде чем Нокс проведёт финальный обход и выгонит оставшихся гостей. Я думал, управлюсь быстрее, — коротко ответил он, уже направляясь в ванную и жестом подозвав её. — Последний час я тебя искал, но даже не подумал, что ты умудрилась полезть на улицу. Но когда увидел, что Грейв туда вышел, решил проверить. Впечатлён, что ты смогла от него ускользнуть.
— Чуть было не попалась, — призналась она, следуя за ним. — Но твоё кольцо помогло. Так что, наверное, придётся взять свои слова обратно… хотя оно всё ещё ужасное.
Он одарил её уничтожающим взглядом.
— Кстати, о Грейве. Что это за версия игры? Охотничий клинок — это единственное оружие, которым он может нас убить? И мы правда прячемся в спальне? Это твоя гениальная стратегия, по которой ты побеждал пятнадцать лет?
Она поняла, что за всей суетой, подготовкой к чёртовой свадьбе, толком не подготовилась к самой Охоте.
— Дыши, Женевьева, — велел он, сдвигая в сторону створку встроенного шкафа с бельём внутри идеально белой ванной.
Она показала ему язык. Потом всё-таки вздохнула.
— «Блуждающие комнаты» — любимая версия Грейва. Каждые четыре часа мы обязаны менять укрытие. Всего — три смены за его ход. А прятаться во время перехода сложнее всего, — объяснил он, протягивая ей сложенные полотенца. — И да, охотничий клинок — единственное, что может нас по-настоящему убить. Хотя, конечно, мы можем серьёзно замедлить друг друга: свернуть шею, перерезать горло… Но если хочешь гарантированно безопасный вылет соперника — бей в сердце. Хотя зрители, как правило, предпочитают более… зрелищные варианты.
Женевьева присела на корточки, наблюдая, как Роуин водит пальцами по стене в глубине шкафа.
— Моя спальня, возможно, и слишком очевидное укрытие, — сказал он, — но соседняя комната вполне подойдёт.
Его голос стих, когда он сдвинул панель стены в сторону, открывая проход в другую ванную. Умбра юркнула внутрь без всяких колебаний.
Он махнул Женевьевой, чтобы она шла следом, и ей пришлось сдержать недовольный вздох. Сейчас ей меньше всего хотелось снова протискиваться в какое-нибудь узкое пространство. Её способности Спектра обычно избавляли от подобных ситуаций, и одна мысль о том, что придётся снова застревать в щели, вызывала у неё тошноту.