Она сделала шаг назад. Грейв шагнул вперёд.
— В качестве утешения — ты продержалась меньше четырёх часов, и из-за этого Ковин с Севином проиграли кучу монет. Это уже достижение. И я сделаю это быстро. Считай, это мой свадебный подарок.
Клинок пошёл вниз.
Женевьева не знала, что на неё нашло — она нырнула вниз, схватила с пола яблоко и проскользнула под его рукой, обогнув стол и избежав удара. Оба снова обернулись друг к другу. Когда он снова замахнулся, она с силой врезала яблоком по лезвию. Фрукт насадился на остриё, замедлив движение клинка, и Женевьева смогла отшатнуться и избежать удара — только чтобы врезаться спиной в край стола. Теперь она оказалась зажата между ним и убийцей.
Грейв с грохотом опустил нож на стол рядом с ней, расколов яблоко пополам и оставив глубокую царапину на отполированной древесине.
— Бабушка бы не обрадовалась, узнав, что ты испортил её стол, — послышался голос из-за её спины.
Женевьева резко повернула голову — в проёме стоял Роуин, лениво прислонившись к косяку и наблюдая за сценой с видом человека, пришедшего на представление.
— Мне плевать, — буркнул Грейв, даже не обернувшись. Женевьева тем временем медленно начала смещаться в сторону. — Она меня никогда не любила.
— Она никого не любила, — поправил Роуин. — Но у тебя хотя бы есть преимущество: ты больше всех похож на маму.
— Ты мог бы мне помочь! — рявкнула Женевьева, в тот момент, когда Грейв снова рванулся к ней. Она успела отпрыгнуть вбок, чуть не упав.
— Эй, проблемка? — лениво произнёс Роуин.
— Что?! — огрызнулась она, снова пятясь от Грейва.
— Чуть-чуть левее, пожалуйста?
Она послушалась — и через два удара сердца Роуин перемахнул через стол. Приземлился между ней и Грейвом и со всей силы врезал брату в челюсть. Голова Грейва дёрнулась в сторону, он застонал. Женевьева с восхищением наблюдала, как Роуин скользнул за спину брата, обхватил его шею железной хваткой — и лицо Грейва почти сразу посинело. Кажется, она услышала, как что-то хрустнуло.
Грейв попытался скинуть Роуина, но, не сумев, вонзил нож прямо в его бицепс. Женевьева поморщилась.
Но Роуин даже не дрогнул.
— Благодарю, — прохрипел он, выдёргивая Охотничий Клинок из своей руки.
Он зашипел — лезвие будто обожгло его, — и запустил нож через всю комнату. Клинок с треском пробил окно за пределами арки. Стёкла разлетелись, и в помещение ворвался холодный воздух.
Роуин отпустил брата как раз в тот момент, когда по дому пронёсся звон четырёх ударов колокола, и Женевьева расплылась в торжествующей улыбке.
Глава 21. МАЛЕНЬКАЯ ИГРА
— Ну вот, кто бы мог подумать, я всё-таки продержалась первые четыре часа… — Женевьева уже начала хвастливо, услышав бой часов, но не успела закончить, как Роуин потащил её за плечо прочь из комнаты.
— Первый закон ловушки для медведя — не продолжай совать в него палку, — буркнул он, волоча её в сторону бального зала, в то время как Грейв исчез за входной дверью в поисках клинка. — Когда он выберется, будет вдвое злее.
В голосе его звучала суровость, упрёк, но в глазах блеснула насмешка.
— Он чуть не убил меня! — возмутилась она с преувеличенным вздохом, едва поспевая за его огромными шагами. — Мне что, даже порадоваться нельзя?
— Только когда мы сами станем Охотниками, — отрезал он.
На полпути вверх по лестнице её вдруг накрыло жаром, и она остановилась.
— Это просто магия Игры — следит, чтобы все сменили комнаты, — успокоил он, стоя ступенью ниже. — Если бы мы остались в спальне или в столовой, тебе показалось бы, будто с тебя сдирают кожу.
— О, прекрасно, — протянула она с капающим сарказмом. — Ещё одно удовольствие в копилку.
Наверху их неожиданно встретила Эллин — та едва могла дышать, опираясь на колени.
— Чёрт… — вдох. — Нокс… — вдох. — И его игры.
— Что на этот раз? — спросил Роуин без малейшего волнения, глядя, как его сестра отдувается.
— Пустыня… с оазисом… — выдохнула та, выпрямляясь и отбрасывая липнущие ко лбу белые пряди. — И где-то миллион скорпионов. И змей. Это было омерзительно.
Женевьева нервно хихикнула.
Роуин оглядел двери с правой стороны.
— Хочешь спрятаться с нами в этом раунде?
Эллин метнула в его сторону испепеляющий взгляд.
— Чтобы ты снова использовал меня как приманку при следующей смене комнат? Пошёл к чёрту, Роуингтон Сильвер.