— Ещё веселее будет, если Мроо подсчитают наши расходы на спасательную операцию, и тайные десанты начнут плодиться в геометрической прогрессии, — буркнул тезка.
— Чтобы посчитать расходы, нужно этой технологией владеть, — там далеко не очевидно, КУДА столько энергии идет, — ответил Охэйо. — И, — в эту игру можно играть в обе стороны. Если мы поймем, что нас на это провоцируют, — мы просто сделаем хорошую защиту от всех тайных внедрений сущностей Мроо, и постараемся хорошо, чтоб её можно было сделать на техуровне класса 5 по готовому техпроцессу. Или начнем выкидывать такие планеты к Инсаана, — пусть они разбираются. У них опыт в этом плане… большой.
— А если Мроо уже высадились и захватили население? — спросил Лэйми. — Причем, не всё, тут всё уже ясно, а часть? Что тут делать? Всё равно спасать?
Охэйо вздохнул.
— Можно так, — но возникает вопрос, как тут агнцев от козлищ отделять. Всех мочить нехорошо, хотя симайа много же — они вполне могут фильтрацию устроить. Анхелу тут спрашивать… возможно, не стоит. С неё станется вытащить из прошлого, например, этой Земли экспертную команду, и дать им судить, угу — воспроизведя аналог контрольного совета, по сути. А то, что вытащить она может немного не из того времени… для Империи же надо тащить судей уже после Третьей Мировой. При этом, если сразу после — с ней могут начать… спорить не по теме ВМЕСТО работы. Если сразу после окончания Первой Галактической — могут опять же ВМЕСТО работы, для которой позвали из прошлого, — рваться её закончить. Если ДО Третьей Мировой… Империя будет очень-очень рада. И — всё равно ведь даже говорить не захотят, опять начнут про клоунский ИИ, и вообще…
— И что мы будем делать? — хмуро спросил Лэйми. — Что там вообще произошло-то?
— Произошло то, что Мроо чуть Анхелу не прибили, — не менее хмуро ответил Охэйо. — И в итоге защита сработала… слишком хорошо.
— Но как такое может быть? — удивленно спросил тезка. — Разве Анхела не управляет защитой?
Охэйо хмуро взглянул на него.
— Управляет. Через обвес и «точки привязки», которые вполне можно уничтожить. И уничтожили. А если офицер С-Ц атакован, и «потерял сознание», — пусть даже из-за действия защиты, — реактивируется бэкап, на что всё же время надо, — и будет автоматический удар обвеса, — всего обвеса этого офицера, плюс сигнал тревоги резерву. И вероятность, что он будет рассуждать, — уже очень мала. Если офицер в сознании остался, — может быть, попробует отключить, если же нет…
Лэйми недовольно мотнул головой.
— Разве архилект может потерять сознание? А контрольный совет на что?
— «Без сознания» тут смысл имеет немного свой, — пояснил Охэйо. — Носитель потерял связь со Станцией, а контрольный совет тут не поможет, — он вообще активируется по нужде, обычно, — аппаратурой. Защита обвеса работала, но управление защиты, — тоже выбило. Она работала на голой автоматике. А автоматика — тупая. Нарочно тупая. Там больше упор — на боевую устойчивость, возможности выбора, — резко обрезаны. Если в обычной ситуации было бы предупреждение и разговор, — то тут после первого не принятого предупреждения автоматика начала по нуль-Т закидывать по тонне антиматерии в любой термоядерный реактор в радиусе десяти световых лет. А потом, и больше, и не только в термоядерный. Но… не помогло.
Лэйми поёжился.
— И что делать в таких случаях?
Охэйо вздохнул.
— Если защита перешла в режим «палим во всё, что движется», — лучше тихо сидеть и ждать, пока она перестанет. Понятно, в это время лучше к офицеру не приближаться, — защитные модули по жесткой программе работают, и просто будут уничтожать почти всё. Вот почему далеко не все офицеры С-Ц вообще распределенный разум юзали. Реально он нужен лишь в случае больших вычислительных комплексов, и, если они есть, — с ними лучше не прыгать. Режим этот выключается только при завершении синхронизации. Пытаться посбивать всё… Если кто-то слишком умный решит подразнить защиту, может кончиться тем, что модули сами пойдут на охоту, — и не факт, что офицер потом их найдет. Тут цель — безопасность офицера в первую очередь. Но вот вероятность, что блоки уйдут в неуправляемую репликацию, — ноль.
— Беда в том, что в квантовых компьютерах, а хотя бы и в более ранних, вычислительные сбои начинают играть роль естественных мутаций, — встрял тезка. — Правда, на боевых модулях кроме резервированных процессорных блоков память тоже хитро сделана, плюс контроль отказов. К тому же, количество мутаций, которые жизнеспособны — мало. С другой стороны, — а развитие компьютерных вирусов как? Сами они не мутируют. А вот если всю инфраструктуру рассмотреть, — да, совершенствуются, под влиянием внешних факторов. Угу, — их адаптируют, причем, есть такие, что защиту уже сами научились обходить…