— Смотрите в оба.
Из тумана выглянула очередная трещина, через которую оказался переброшен хрупкий каменный мостик, созданный то ли природой, то ли чьим-то могучим колдовством, то ли разыгравшимся воображением неизвестного дизайнера. Лично я почему-то склонялся к третьему варианту.
— Щмеррть.
Провал оказался чересчур широким и длинным, перепрыгнуть через него было нельзя, а тратить заклинание мне пока что не хотелось. Равно как и бродить над затянутой мраком пропастью по откровенно скользкой и покатой балке.
— Сейчас потащите меня на другую сторону. Это военная хитрость.
— Да, командир!
Транспортировка была осуществлена вполне успешно, однако в тот момент, когда мои ноги коснулись противоположного края разлома, неподалеку раздался зловещий хруст, одна из скал вздрогнула и с пугающей неторопливостью завалилась в туман. Последовал глухой удар, камни под нами затряслись, сверху полетела ледяная крошка, а каменный мостик хрустнул и развалился на несколько частей. Обломки беззвучно исчезли во тьме, а потом вокруг нас опять воцарилась тишина. Стих даже ветер.
— Эли, разведка.
— Я больше не смогу ничего увидеть, командир. Здесь слишком холодно.
[Внимание! Ваш питомец не приспособлен к действиям в холодном климате и может погибнуть.]
— Неженка, мать твою.
— Нищтощная сощная щеррфя.
— От мерзких тварей слышу. Мерзких темных тварей.
— Растфикай пулки!
— Тихо…
Какое-то время рядом с нами не наблюдалось ничего действительно интересного, но чем дальше мы продвигались вглубь кальдеры, тем более трудным и неприятным становился путь. Одинокие пики уступили место длинным извилистым цепочкам обледенелых скал, камни под моими ногами окончательно затянуло снегом, разломы начали попадаться с завидной регулярностью, а герой получил самые первые дебафы — на скорость регенерации здоровья и маны. Если же учесть отвратительную видимость, шелест ветра и хруст льда, то экспедиция окончательно перешла в ранг экстремальных.
Потом где-то далеко раздался тяжкий грохот и я застыл, гадая о том, что происходит.
— Блин… так, сюда… нет…
Морозный лабиринт постепенно затягивал нас в свое нутро, мне то и дело приходилось менять направление и обходить препятствия, без питомцев я бы уже давным-давно забрел куда-то не туда, но верные спутники все еще перетаскивали Клеща через провалы, а карта помогала выдерживать более-менее правильный курс.
— Мы…
Туман озарился яркой вспышкой, издалека прилетел заглушенный расстоянием гул и я вновь зашкерился, внимательно следя за окрестностями. Впереди располагался вампирский храм, случившийся взрыв наверняка был организован разумными существами, а поскольку лупить магией по скалам никто бы не стал, то налицо имелись все признаки конфликта между отдельными представителями конкурирующих фракций. Скорее всего — между неизвестными игроками и теми самыми вампирами.
— Каким хреном они нас обошли, спрашивается. Ну-ка, за мной.
Очередная расщелина выдалась рекордно широкой, Эли тут же отказалась меня через нее тащить, а поскольку я упорно берег «мост» на самый крайний случай, то был вынужден сделать ощутимый крюк. Затем нам чуточку повезло и следующие двадцать минут выдались очень хорошими — мы вплотную подошли к границе стертой на карте зоны и вновь увидели центральную гору. Сейчас она была так близко, что рассмотреть ее не мешал даже изрядно надоевший мне туман.
Еще через минуту слева от нас послышался знакомый треск, верхушка одной из дальних скал вздрогнула и скрылась в дымке, после чего все вокруг опять содрогнулось.
— Щмеррть.
— Мне кажется, здесь есть враги.
— Не может быть.
— Я чувствую их присутствие, командир.
— Понял, понял.
Разрываясь между страхом за свою шкуру, желанием отрубить к чертовой матери запущенный стрим и надеждой первым выйти к заветной цели, я одолел еще метров двести, после чего наконец-то распознал впереди конечный пункт маршрута — монументальный пик, окруженный непрерывным переплетением широченных разломов. Тумана здесь было гораздо меньше, торчавшие повсюду скалы и вовсе исчезли, зато кое-где над мрачными черными провалами виднелись тонкие ниточки наведенных переправ, а чуть в стороне от меня располагалась настоящая транспортная магистраль — украшенный крупными гранитными тумбами мост, берущий свое начало в скоплении обледенелых пиков и тянущийся к подножию центральной горы. К сожалению, центральная его часть давным-давно обрушилась.